– Здравствуйте, меня зовут Дина, сегодня я по просьбе Андрея Владимировича буду вашим помощником.

Гостей двое.

Первый – Ладыгин, – мужчина среднего роста и веса, в растегнутом пиджаке. Рубашка обтягивает его небольшой живот, которого он немного стыдится.

Ладыгин жмет мне рук и после его прикосновения хочется вытереть ладонь об штанину, чтобы избавиться от влажного касания.

Точно такого же, что читается в его взгляде, с которым он ощупывает мою фигуру, задерживаясь на груди и коленях.

Я радуюсь, что сегодня нарядилась в скромное черное платье с закрытым декольте.

Второй – Старостин. Он мне не нравится ещё больше, а ему здесь не нравится вообще все. Это читается по его равнодушному виду, по плотно сжатым губам и ответам сквозь зубы. Внешне Старостин выглядит весьма эффектно, особенно на фоне своего компаньона, но что стоит красота, когда ты ведёшь себя, как дерьмо?

– Диночка, мы с дороги, везите нас сначала в гостиницу, а потом обедать. Вы же присоединитесь к нам? – Ладыгин подмигивает, потирая небольшую редкую щетину, а я улыбаюсь ещё шире. К вечеру мышцы лица сведёт, если я не прекращу так лыбиться.

– Я сегодня с Вами до самого вечера.

– А может, до утра? – шутит Ладыгин и сам же смеётся своему пошлому высказыванию, а я напоминаю себе мысленно, что Андрей платит мне неплохие бабки и потерпеть немного намеки этого придурка не так уж и трудно. В конце концов, рук он не распускает и дальше разговоров пока никуда не заходит.

Мы рассаживаемся по двум машинам: Старостин отказывается ехать с нами и остаётся в своей иномарке, за рулём которой водитель. А мы с Максом и Ладыгиным трогаемся первыми. До гостиницы тут рукой подать, вся дорога и заселение занимает не больше пятнадцати минут.

Ладыгин машет весело рукой, предлагая проводить его в номер, но я предельно вежливо ему отказываю, пряча руки за спиной. Портер увозит его чемодан, а я остаюсь внизу со Старостиным.

– Все хорошо? – уточняю у него из вежливости, но он смеряет меня таким равнодушным взглядом, точно перед ним не человек стоит, а кучка мусора.

Ответа я так и не дожидаюсь, мужчина поворачивается ко мне спиной и в сопровождении второго носильщика покидает меня.

– Ну и ладно, – говорю вслух, когда Старостин исчезает в лифте, – не больно ты мне и понравился.

И в тот миг я искренне уверена, что у нас с ним никогда не будет ничего общего. Боже, как сильно я тогда ошибаюсь…

Володин приезжает в гостиницу спустя полчаса после того, как все разместились.

Лицо хмурое и немного помятое. Если бы я не знала, что Андрей противник алкоголя, заподозрила, что прошедшую ночь он провел в пьянках. Вопросов не задаю, лень, да и неинтересно. Те времена, когда меня волновала его жизнь в нерабочее время, давно в прошлом.

– Как они? – спрашивает первым делом, занимая место напротив.

Мы сидим с ним в ресторане при гостинице, я пью уже вторую чашку латте, но все равно хочу спать. Андрей заказывает кофе покрепче, а я радуюсь, что не мне его придется варить. Мелочь, а приятно.

– Дышат, – пожимаю плечами.

– Мы должны им угодить, – фраза у начальника выходит с вызовом, только я -то здесь причем? Поэтому отвечаю равнодушно:

– Ага.

– Что – ага? – взрывается вдруг Андрей, а я поднимаю удивлённо брови. Поводов для такого поведения нет, или я их не знаю, но его нервозность кажется удивительной и совсем ни к месту. Столичные гости к нам приезжают не в первый раз, отчего сегодня его настрой так отличается от обычного, мне невдомёк.

– Чего ты злишься? – вполне мирно интересуюсь у него, – или под угодить мы с тобой понимаем разные вещи?

– Что… что за намеки? – Володин шипит, наклоняясь ко мне ближе, – я не стал бы тебя ни под кого подкладывать, ты же знаешь!

Знаю. Ни себе, ни другим, поэтому я сижу здесь в свой выходной день, поэтому я работаю на него. Володин меня не отпустит, мысль, с которой невозможно смириться, но я жду. Будет ещё время на вторую попытку. Первая вышла слишком… болезненной. Нужно, чтобы он расслабился.

– У меня и мысли такой не было, – я делаю невинное лицо, а потом утыкаюсь в телефон. Злить Андрея не хочется, как никак он мой начальник. Он пьет кофе, а я наблюдаю за ним изредка: движения все ещё нервные, встречи с гостями боится, но ждёт.

Когда Старостин и Ладыгин спускаются к нам, я вежливо извиняюсь и отхожу в сторону. Подслушивать разговор нет никакого желания, лишние знания мне совсем ни к чему, а вот понаблюдать за их взаимоотношениями интересно. Поэтому я сажусь за барный стул так, чтобы не бросаться в глаза, но при желании видеть лицо каждого.