Кроме белой скамьи, на которой продолжала сидеть девочка в платье, которое сменило цвет на синий. Скамья была той же формы, что и в саду.

— Это и есть человеко-капсула, — сообщила Хранитель. — Она рассчитана на одного человека — гражданина или гостя Парадайза. Капсула способна имитировать практически любую обстановку с помощью молекулярных технологий и иллюзий. Также капсула по желанию ее обитателя способна создавать любую еду и удалять отходы.

Хранитель встала, оправила на коленях платье и снова взмахнула рукой.

Капсула пропала, и Алан обнаружил себя стоящим в центре неглубокого оврага с журчащим по дну ручьем. Сверху сияло мириадами звезд ночное небо, чуть в стороне багровел уголья почти полностью прогоревшего костра, дул ветер.

Димитрий что-то забормотал, Тэн удивленно зацокал языком, Матиас промолчал, но тоже, несомненно, был крайне поражен.

Они находились в Дебрях.

Алан ощущал ветер на коже лица, порывы играли его длинными волосами, пахло полынью и еще каким-то цветущим степным растением — Алан плохо разбирался в растениеводстве. От костра веяло теплом.

И это иллюзия?

— Думаю, для вас более привычно такое место, — отметила Хранитель. Ветер трепал ее короткие волнистые волосы и платье. — Для одного человека предназначена одна капсула. Вы можете общаться друг с другом, стоит только проговорить ваше желание вслух. Синтет вашей капсулы исполнит желание в соответствии с рейтингом. Вы можете заказать любую обстановку и менять ее, когда надоест.

— Если в такой капсуле можно заказать еду, любую обстановку и общение с другими людьми, — сказал Матиас, — то можно вообще никогда в жизни не выходить из такой капсулы.

— Верно. Многие граждане Парадайза рождаются, живут и умирают в капсуле.

— Вот дела! — прошептал Димитрий.

— Мы хотели бы встретиться с теми Пилигримами, что пришли раньше нас, — сказал Алан.

— Правила нашего Оазиса разрешают гостям находиться в уединении, если они пожелают. Их запрещено тревожить, если они сами не дадут разрешение. А они не давали такого разрешения.

— Даже девушка? — поразился Алан.

— Даже девушка.

— Передайте ей, что пришли мы, и она…

— Мы не вправе нарушать ее покой. От всех Пилигримов, что пришли раньше вас, был приказ не беспокоить их. Однако один из Пилигримов уведомил нас, что готов встретиться с вами, Алан Аркон.

Алан вздрогнул — он надеялся, что незаметно.

— Он назвал мое имя?

Хранитель кивнула.

— Он также описал вас.

— А себя он назвал?

— Нет. Зато пожелал встретиться с вами лишь после того, как вы отдохнете и перекусите после путешествия. Завтра в десять часов он встретиться с вами.

В Парадайзе невозможно было рассуждать о таких понятиях, как расстояние. Пилигримы разошлись по своим капсулам по движущимся дорожкам сквозь возникающие и исчезающие двери, и Алан понятия не имел, как далеко капсулы располагались друг от друга. Он громко сказал в пустоту, что хочет видеть и слышать друзей, и капсула превратилась в обширное помещение с обшитыми деревом стенами и огромными, от пола до потолка, окнами, за которыми, сквозь полупрозрачные занавеси, виднелся сад.

В помещении стоял длинный стол, полный еды. Матиас, Димитрий и Тэн были тут — и одновременно каждый у себя в капсуле. Они не могли дотронуться друг до друга, но прекрасно видели один другого и слышали.

Насколько понял Алан, помещение столовой было иллюзией, как и образы его товарищей. Они тоже видели это место у себя в капсуле, и для них был иллюзией образ Алана.

Еда, впрочем, была настоящая — по крайней мере та еда, которая стояла перед Аланом: жареная и вареная дичь, сочные фрукты, зелень, тушеные бобы, рыба и грибы.

Алан ел и плохо чувствовал вкус еды. Завтра он встретится с Рыцарем Дебрей — возможно, не во плоти, а вот так, на расстоянии, с помощью магических технологий Оазиса. Алан не страшился этой встречи, но его переполняло мрачное предчувствие беды, которая нависала не только над ним, но и над Кассией. У Рыцаря были планы насчет него, Алана, планы странные и неведомые.

— Не переживай, Алан! — сказал Димитрий. — Договоришься в крайнем случае! Осаму, конечно, полный психопат, но ведь нас-то он оставил в живых.