Последнее воодушевило Павлика, у него прям крылья расправились и сила начала циркулировать по телу. В десять лет он мечтал быть Маклаудом, джедаем – кем-нибудь особенным. И вот он стал таким, правда, пока непонятно, в чем его сила.

Павел просит не ударить в грязь лицом, и он сделает все, что нужно. Он сможет. И та реальность доказала это. Будущее всегда казалось ему черным и безвыходным. Зачем учиться, если все равно знания не нужны, нужны бандиты и проститутки? А теперь он знает, что это временно, все наладится. Правда, через тридцать лет все умрут… А может, теперь не умрут, и он здесь, чтоб не допустить этого.

А может, и не все. Он знает, что наступит ледниковый период, и подготовится, станет новым Ноем, устроит базу на каком-нибудь острове. Или в космос улетит. Правда, прежде надо разбогатеть…

Он ходил вокруг гаража, сжимал кулаки, и фантазии его, которые раньше трепыхались головастиками в пересыхающей луже, летели все дальше и дальше.

Павлик расправил клетчатый лист, еще раз перечитал написанное, вспомнил мысли Павла, которые стали срастаться с его собственными, и решительно направился домой, распахнул дверь, готовый засесть за уроки, чтоб доказать самому себе, что он не тупой…

Но столкнулся с разъяренной бабушкой, бормочущей на кухне:

– От же паскудник. Ничего делать не хочет, лодырь поганый. Только обстируй его! А теперь шо учудил, а? Вот возьму топор, вот погоню… Гараж начал – бросил, сарай начал – бросил…

Обернувшись на скрип петель, она прожгла Павлика взглядом.

– Папка пришел, вещи собирает. И слава богу, давно бы так!

Павлика будто кипятком окатило. Это ведь он надоумил отца съехать! Надоумил получать участок и строить дом. Если Павел больше не придет – как он построит дом, у него доступ не ко всем навыкам себя-взрослого. Или ко всем? Взрослый думал, что у папки воля слабая, и его нужно направить. Но Павлик-то не сможет! И не знает, как писать заявление!

Что теперь будет?! Ощущение было, будто он вытащил кирпич из фундамента, все строение пошатнулось и вот-вот обрушится на него.

Втянув голову в плечи, Павлик вошел в зал, где на диване сидела рыдающая мама, с тоской смотрела на отца, набивающего дорожную сумку своими вещами. Папка глянул на Павлика, подмигнул и показал ему «класс». Он выглядел не несчастным – воодушевленным. Хотелось под землю провалиться от страха, но Павлик пересилил себя, улыбнулся незаметно от мамы и отзеркалил жест. Схватил тетради, учебник геометрии и рванул за гараж – работать в такой обстановке было невозможно.

Бабушка так увлеклась ненавистью к отцу, что не попыталась поймать и накормить внука. Павлик улегся на подстилку, брошенную на траву, открыл заданную тему, попытался вникнуть, зевнул, замотивировался, прочитав послание из будущего, и заставил себя вгрызться в гранит науки. Правда, решение далось не так легко, как Павлу, однако Павлик победил! Решил не только простую, но и сложнейшую задачу!

Безумно гордый собой, побежал домой, дома рука сама потянулась к пирожку, он отгрыз половину, но вспомнил, что пообещал взять себя в руки и помочь Павлу все изменить, вернул пирожок в тарелку, пусть и жрать хотелось неимоверно. Не есть – именно жрать, глотать не жуя, хлебать холодный суп прямо из кастрюли.

Но он обещал себе! Он должен стать сильным! И он сделает так, чтоб одноклассники уважали его, а не потешались над ним, как над тем слоненком.

Спать он лег голодным.

А утром пришел друг Валька – весь разодетый, в модном спортивном костюме с полосками, при барсетке, и Павлик вспомнил, что обещал другу поехать с ним в город за кассетой. Потом они должны были смотреть у него дома по видику интереснейший фильм про динозавров «Парк юрского периода». Но в час дня Павлик уступит бразды правления телом Павлу, встретится с отцом и поможет ему написать заявление на получение участка.

От Штурмового до города было восемь километров. Поездка казалась Павлику приключением: долго ехать, потом ходить по красивому центру, есть мороженое в кафе «Снежинка», кататься на аттракционах. Особенно ему нравился «Сюрприз», где становишься в середину огромного колеса, пристегиваешься, и оно начинает раскручиваться во всех плоскостях с огромной скоростью, и если настроение плохое или тревожит что – мгновенно выветривается из головы. Американские горки тоже ничего.

Теперь же ему придется отказаться от удовольствия и обидеть Вальку, который один ехать побоится – далеко, маршрут мало изучен. Аж завыть захотелось от досады! Прокралась малодушная мысль проигнорировать отца, сказать, что заболел или мать не отпустила, бабушка заставила собирать жука…

– Извини, но не могу. – Довольное лицо друга вытянулось. – Родители разводятся… Никак не могу. В другой раз.

На глаза парня чуть слезы не навернулись, он захлопал ресницами и пролепетал:

– Разводятся?.. Так что…

– Поезжай один. – Павлик по-взрослому хлопнул его по плечу. – Фильм посмотришь без меня, он клевый.

– А аттракционы, – продолжил канючить Валька. – «Сюрприз»…

Павлик был в полшаге от того, чтобы сорваться с ним, но вспомнил послание и уверенно проговорил: