Поэтому сидим ровно и как паиньки ждем окончания таймера… Кстати, вот вам ребята, — вице-адмирал Уоррен обратилась к своим офицерам на мостике, — очередной факт того, что грязным «раски» доверять никак нельзя. Это же нация лжецов. Только что их главный усатый адмирал уверял в своей договороспособности, а через минуту нарушает одно из главных условий перемирия…

Потянулись минуты ожидания. К своему неудовольствию, Элизабет доложили, что русские восстанавливают мощности защитных полей с гораздо более высокой скоростью, чем предполагала американский вице-адмирал. Уоррен была несколько удивлена этому и уязвлена, потому как сильно ошиблась в расчетах. Лиза сначала в уме пересчитала цифры, потом, боясь ошибиться, сделала тоже самое на компьютере.

Странно, ведь она оказалась практически права, говоря, что за полчаса обнуленные поля могут нарастить мощности примерно на пятнадцать процентов, если не повреждены основные ретрансляторы и все такое. Ну ладно, даже если двадцать процентов. Еще несколько процентов можно приплюсовать из остававшихся в истонченных слоях полей. Но все равно окончательная цифра не должна превышать четверти от изначальной!

А сейчас на экране Элизабет видела показатели в целых пятьдесят процентов. Неужели на русских кораблях стоят новейшие аккумуляторы для наращивания полей? Даже в элитных соединениях флота АСР не было таких!

— Все равно я их снова обнулю в случае чего, — успокаивала сама себя американка, все чаще посматривая на таймер.

— Время вышло, мэм, — напомнил ей дежурный.

— Сигнал вызова идет с «Громобоя»? — нетерпеливо задала вопрос Элизабет.

— Пока, нет…

— Хорошо, ждем…

Прошло еще три минуты.

— Что там с русскими, Джефф? — Уоррен заерзала в кресле.

— Все также, тишина в эфире, — ответил тот. — Не хотят разговаривать. А споры в эфире между собой все еще продолжаются…

— Бардак в этом российском императорском флоте какой-то, — недовольно пробурчала Лиза, тарабаня пальцами по подлокотнику и посматривая на экран, где защитные поля вражеских кораблей росли и увеличивались в размерах и плотности, как грибы после дождя. — Я раньше думала, что это у нас на республиканских флотах неразбериха, и каждый коммандер считает себя адмиралом. Но оказывается у наших противников ситуация куда хуже. Если даже сам командующий, причем такой авторитетный, коим нам всем представлялся Айван Самсонов, не может навести у себя в подразделении порядок!

Что говорят-то эти «раски» в эфире?

— Толком разобрать сложно, — признался Джефф, — один русский мат… Из-за этого я не понимаю и половины услышанного… Но спор идет нешуточный и вроде как командующий берет в нем верх. По-крайней мере теперь я слышу только его ругательства и приказы, остальные помалкивают… Похоже, усатый адмирал одерживает победу…

— И это его последняя победа, если сдачу в плен пяти лучших дредноутов Черноморского флота можно так назвать, — весело рассмеялась Элизабет, пока не закашлялась от очередного приступа рудной лихорадки.

Пробежали еще пять минут сверх ранее обговоренных. Вице-адмирал Уоррен, после того, как очередной приступ кашля прошел, вскочила с кресла и стала мерить широкими шагами мостик. Она по праву считала себя победившей стороной в договоре, поэтому первой выходить на связь с «Громобоем» было как-то не с руки. А время все шло, и защитные поля вражеских кораблей продолжали наливаться дополнительной энергией.

— Нет, ну это просто запредельная наглость! — в бешенстве воскликнула Элизабет, наконец, приказывая оператору послать-таки вызов на русский флагман. — Когда Айван окажется у меня на «Бремертоне» в качестве военнопленного, я вдоволь отыграюсь на старике, а пока можно и потерпеть…

— Мостик «Громобоя» на связи, — доложил дежурный офицер.

— Я, конечно, все понимаю, командующий, но это уже перебор! — начала отчитывать Самсонова, американка. — Кажется, вы забыли, в каком положении находитесь! Напомнить?! Мне нужно лишь кивнуть головой и канониры 25-ой испепелят всех вас ублюдков, будто и не было! Это что за игры с затягиванием времени и под шумок попытками восстановить поля?! Вы же опытный флотоводец, сэр, и не можете не понимать, что все это в данной ситуации не имеет никакого смысла!

— Именно по наличию, как вы сказали, у меня опыта, все действия с нашей стороны как раз таки имеют смысл, — загадочно-снисходительно ответил на это Иван Федорович, и в речи русского адмирала Элизабет, как ни старалась, больше не слышала ноток отчаяния, грусти и обреченности, какие звучали из уст командующего в первый их разговор.

— Что это значит?! — пока не понимала, но уже напряглась Элизабет Уоррен. — Процентов полей ваших вымпелов не хватит, чтобы продержаться!

— Смотря сколько времени нужно продержаться, — ответил Самсонов, почти не смотря на свою собеседницу и что-то постоянно проверяя по своим мониторам.