Шрифт:
Более того, я знаю, что у него есть женщина.
– Лани растёт и однажды он захочет получить больше власти, - говорит Вейн.
– Чем сейчас имеет.
Мне ужасно не нравится как он сейчас называет мою дочь. "Лани" - наследница ларди, наделенной силой матери.
Она же всегда была для него малышкой Брин!
Это значит, что Вейн притворялся и все это время был неискренним?!
Не могу поверить в такое!
Отчего его переклинило?
Сразу вспоминается то, как Вейн ездил на материк и вернулся оттуда совсем другим.
Мой слуга уже как-то раз поддаваться влиянию.
– Ты же… - произношу, отступая назад.
– Ты от себя говоришь?
Вейн нехорошо улыбается.
– Или тебя подкупили?
– соображаю я.
– Ты все равно выберешь меня, Эмбер, - говорит он.
– Потому что…
Слышу треск из лавки и сдавленный крик дочери:
– Ма!
– дольше, должно быть, кто-то занимает ей рот.
– Как ты мог предать нас?!
– кричу на слугу.
Но Вейн, похоже, ждал такой реакции. Ему все равно.
Ему что-то очень-очень ценное пообещали.
Власть над миром - это понятно и так. Моя дочь стоит слишком дорого.
Кто-то сказал Вейну, что поддержит его, если тот осмелится присвоить нас.
Глава 2
– У тебя нет других вариантов, - надвигается на меня Вейн и тогда я без жалости хватаю первое же, что попадается мне под руку.
Это оказывается тяжелая сковорода.
– Эмбер!
– глаза слуги от страха становятся огромными.
– Ты не должна…
– Не дождешься!
– кричу в запале, будучи все еще не в силах поверить, что все могло так повернуться.
Выходит, что я второй раз в жизни пропустила то, что ближайший ко мне мужчина что-то замышлял.
Наверное я сейчас вижу перед собой Ирвина Торна, отца Брин.
Как же я ненавижу эту скотину и одновременно понимаю, что хочу увидеть лично и задать вопрос: “Зачем? Зачем ты все разрушил, когда другие пошли на все, чтобы спасти тебе жизнь?!”
Словом, Вейну несмотря на его угрозы порядком достается : и сковордой, и подносом, и всем, что мне попадается под руку.
Еще одна причина того, что я заключила сделку с Иштваном в том, что моя магия не атакующая. Я исцеляющая ларди. То есть, зелья, омоложение и передача сил это по моей части.
Но вот причинение вреда…
– Эмбер!
– закрываясь руками, кричит слуга.
– Подумай о дочери!
Сердце обрывается.
Это точно!
Я слишком увлеклась, думая о больном.
Наконец кидаю в Вейна метлой.
Как жаль, что я не могу сделать ему больнее, ведь он, слуга, которому я верила, так сильно мне навредил!
Выбегаю в зал, не понимая толком, как собираюсь отстаивать дочь. Ведь все, как я могу продолжить - очередная атака подручными предметами.
Передо мной двое человек в темных костюмах, скрывающие лица под плащами. Один из них держит Брин в руках, чуть-чуть оторвав девочку от пола. Свободной рукой он пережимает ей шею.
– Отпусти мою дочь… - шиплю.
И преступники пятятся. Наверное их напугало выражение моего лица.
Мать, ребенку которой угрожают, страшна в гневе.
“Дочь” - я слишком поздно понимаю, что сгоряча раскрыла свою тайну.
Я не вижу, но всеми до конца напряженными чувствами ощущаю, что позади появляется Вейн.
– Эмбер… - шелестит он.
– Я же сказал, что у тебя нет другого выхода, кроме как подчиниться.
– Вы не уйдете отсюда живыми, - рычу я.
– Иштван не…
В это время Вейн видимо делает знак. Нападающие пятятся к выходу из лавки.
– Эмбер, не делай ничего, - говорит мой слуга.
– Если только ты не хочешь, чтобы девочка пострадала.
Я замечаю, как блещет клинок в руке у того, кто удерживает Брин и содрогаюсь. Сейчас все мое существо сосредоточено на жизни моей девочки. Кровь бьется в висках. Я больше ни о чем не думаю. Именно поэтому замираю.
Чувствую, что Вейн тем временем протягивает мне плащ.
– Мы просто тихо выйдем, - говорит на ухо он.
Принимаю вещь дрожащими от напряжения руками. Удрать. Нужно как-то придумать способ…
С тех пор как я попала на Элирну, я стала намного практичней и ловчей. И больше не растекаюсь лужицей при виде опасности. Теперь у меня есть собственное сокровище. Есть те, кого я обязана защитить.
Я стала холоднокровней.
“Да как он смеет?” - вертится у меня в голове: “Как он мог нас предать?”