Иногда чувствовал себя сапёром на минном поле, особенно когда углубился в старую часть этой помойки. До некоторого момента я не обращал внимания на то, где я хожу, а ведь тут целая сеть тропинок, тропок и иногда почти проспектов существует в необозримых завалах и почему-то только недавно стал осторожничать. Ведь кто-то это всё натоптал. Всё больше поражался от масштаба того, сколько могут намусорить и сломать несколько сотен студентов за тысячу лет существования Хогвартса. Хорошо, сюда помои не сливают, иначе тут был бы полный капец со своей биосферой.

Гермиона об этих моих изысканиях знала, но почему-то Выручай-Комната её не заинтересовала. Она мне рассказала, что читала об этой комнате в одном из ранних изданий "Истории Хогвартса", ещё когда искала информацию по другой комнате, но только "Тайной", и ничего интересного здесь не видит, кроме показанного мной отдела со старинными книгами и учебниками. Я и так их перетаскал себе домой во множестве, но тут ещё можно пару лет копаться и находить редкие и неожиданные раритеты. Но вот хлам ей был безразличен и воспринимала она его именно как хлам. Меня это даже возмутило немного. Никакого почтения к археологии!

Всё изменилось сегодня. Уже когда я возвращался из очередного безрезультатного блуждания и подходил к выходу, то был внезапно остановлен перед самой дверью.

— Хлоп!

Передо мной аппарировал домовой эльф очень представительной наружности. До этого думал, что выглядеть чопорней и напыщенней моего Бэрри просто невозможно, ан нет, бывают, оказывается, среди их народа и такие вот индивидуумы. Тёмно-зелёные глаза на бесстрастном лице, как у каменного идола, полная достоинства поза и белоснежная наволочка с золотым гербом Хогвартса, вышитом на груди. Эльф был очень стар, не так, как Кричер, но очень близко. Мы стояли и молча смотрели друг на друга, правда, я ещё и целился в него своей палочкой с красным огоньком неактивного "Диффиндо" на кончике.

— Тобби Восьмой, глава общины домовых эльфов Хогвартса, благодарит юного мага Поттера, сэра, за оказанную услугу,— торжественно, даже, можно сказать, весомо провозгласил непонятный домовик.

— Не понял,— сказал я, нахмурившись, и смотря на этого императора домовых эльфов. Как его там? Тоббиаса Октавиана*.

— От имени общины мы просим разрешения забрать останки своих соплеменников, юный маг Поттер, сэр,— продолжал он гнуть свою непонятную шарманку.

"А-а-а! Вот ты о чём!" — Я уже и позабыл о таком. Там я насчитал семнадцать маленьких иссушенных мумий домовиков и сначала чуть не обделался, когда их увидел, приняв за совсем маленьких детей. Получается, что они просто не могли подойти и забрать своих. Артефакт слишком убойный и навороченный был, из раздела банковских, и специально настроен против таких созданий. Только по сегодняшним меркам примитивный уже и со знакомыми мне принципами построения. А они ведь не могут подойти к магу и попросить об услуге. Поставить в известность о проблеме могут, а вот попросить нет, к тому же открывать местоположение Выручай-Комнаты, как служащим замка, им запрещено со времён Основателей. Встречалось мне что-то по этому поводу, в той книге, про которую Гермиона говорила.

— Тобби благодарит юного мага Поттера, сэра, и признаёт за общиной долг!— с достоинством поклонился старик.

— Прелестно, просто прелестно… — задумчиво смотря на него, пробормотал я.

*Октавиан (лат.) — дословно "восьмой" — ребёнок в семье, воин в десятке и т.д. Чаще всего поначалу использовалось как прозвище и только позднее стало официальным именем.

Если раньше я гордился своей осторожностью и считал себя отъявленным параноиком, то теперь, после изучения дневника: "Проклятия и малефицизм, расширенный полный курс", понял — я натуральный лошара и беззаботный фраер. Еле удержался от желания побежать тут же изобретать и мастерить магический скафандр высшей защиты с навесной тяжёлой танковой бронёй. И чтоб огнемёт был обязательно, и чтоб со спаренными расширенными баллонами огнесмеси, тонны на три… каждый… и запасных таких, штук пять.

Волшебники… Уж что придумают, так придумают, мля! Мама дорогая! Я теперь и не знаю как спокойно заснуть зная, что можно наслать при желании изжить своего врага. Существуют, конечно, и контрмеры, но не всегда и не во всех случаях простые и эффективные. Заморочек и всяческих исключений с деталями просто бездна. Ещё из колдомедицины знал о таких тонкостях, но там рассматриваются методы лечения или противодействия проклятиям, а не то, как их накладывать. Безопасно и без последствий избавить от проклятия сможет лишь сам малефик и автор этой гадости и то, не во всех случаях.

По-моему, малефицизм, является самой неточной магической дисциплиной. Даже в полупридурковатом шаманизме прослеживается система и точность в обрядах и специфических ритуалах, хоть и имеющих у различных народов существенные отличия, но тем не менее имеющих одну основу. Здесь же, я не усмотрел какой-либо системы. С одним и тем же набором ингредиентов, кровь, волосы или ногти и с одними и теми же ритуалами жертвы, можно добиться совершенно разного результата. Причём, необязательно иметь набор реагентов абсолютно идентичный, можно менять его от балды и как вздумается. Это, между прочим, и самих ритуалов проклятий касается. Можно самому себе — свой собственный изобрести и он наверняка сработает. Вот уж где магия — есть желание.

Мастерами проклятий, тут нужно оговориться — сильными мастерами проклятий, традиционно считаются женщины. Всё начинается с детства и юная волшебница, на эмоциях может наворотить всякого. Это называется сглазом и является первой ступенькой к званию малефика. От такого магического явления защититься легко, если знаешь как, но существуют и более серьёзные сглазы, требующие для противодействия специальных чар или ритуалов очищения. Такое я с Живоглотом Гермионы проделывал. Маги-мужчины, в противовес, считаются сильнейшими взломщиками проклятий, за счёт своей духовной составляющей, позволяющей им манипулировать над хаосом неструктурированного построения наложенной гадости. Потому, кстати, на мужиков проклятия и сглазы действуют слабее. Ещё один момент, касается самого волшебника или волшебницы, чем они сильнее в магическом плане, тем выше у них "плотность" ауры и впихнуть в неё проклятие становится сложнее. Но всё равно, изобретено столько всего, что любого можно со света сжить.