Потому что вряд ли кто-то здесь и сейчас решится противопоставить себя Анри де Рогану.

— Я извещу всех заинтересованных лиц, что вы не та, за кого себя выдаёте.

— Сейчас я выдаю себя за супругу его высочества, — пожала я плечами. — И венчание совершилось в крепости, что над Поворотницей, а венчал нас тамошний отец Реми. При заслуживающих доверия свидетелях. Господин Асканио, скажем, тоже не самый доверчивый человек на земле и любит везде совать свой нос, однако же удовлетворился.

Фелисьен переглянулся с Аннет, и — я снова ощутила давление. И не поверите — снова сбросила. Были тому причиной мои невеликие способности или красный камень, подарок Анри, который я ношу, не снимая — не знаю. Но эти двое снова переглянулись, и как будто уже без прежней уверенности.

— Фелисьен, я вам не враг. И Аннет не враг. И новой власти не друг. Я прибыла оттуда, где ваши здешние вопросы о том, кто главнее, вообще не имеют никакого значения. Там слишком суровый климат, чтобы размениваться на что-то ещё, кроме выживания.

— И вы… расскажете, кто вы? И где госпожа маркиза? — он смотрел недоверчиво.

— Только если вы поклянётесь молчать обо всём, что услышите. Вы оба. Вы маги, так что не будете нарушать клятву ради неуёмного желания поболтать. И от случайных слов себя удержите.

Фелисьен переглянулся с Аннет, потом посмотрел на меня. Видимо, не ожидал, что я окажусь ему не по зубам. Интересно, а на Женевьев он тоже пробовал свои немалые силы?

— В общем, думайте, нужно ли это вам, — пожала я плечами. — Мне-то и так неплохо, и его высочеству — тоже.

Фелисьен смотрел недоверчиво, а я изумлялась про себя — неужели не разузнал, что я ночевала в покоях Анри?

— Его высочество всегда был чрезмерно добр, — сказал он.

— Да как вам сказать, — усмехнулась я. — Там, где нужно, он отлично умеет быть не просто недобрым, но жёстким и неуступчивым. Полагаю, вы должны знать о том не понаслышке.

Фелисьен посмурнел — очевидно, знал.

— Как к вам обращаться-то? — недобро сощурилась Аннет.

— А вы ещё пока не поклялись, — покачала я головой.

И сидела дальше, показывая всем своим видом, что ни слова более не скажу.

Третью попытку надавить я отбила, как и две предыдущие. Это отнимало силы, но не было чем-то чрезмерным и непреодолимым. Выдохнула.

— Господин Фелисьен, госпожа Аннет. Я начинаю подозревать вас в том, что вы по каким-то причинам желаете нанести ущерб его высочеству, — и смотреть прямо в глаза, ещё сощуриться недобро. — И мне очень интересно знать — по какой причине. Вы являетесь сторонниками новой власти? Вы желаете поражения магической партии?

Оба переглянулись, и истолковать этот взгляд я не смогла.

— Что даёт вам право так говорить? — спросила Аннет. — Вы сами обманули всех, и мы ничего не знаем о вас! Вдруг враги Роганов подсунули вас его высочеству?

— А до того враги Роганов подсунули Женевьев его величеству Луи, да, — вздохнула я. — Чтобы он открыто попрал брачные обеты и что он там ещё делал.

Снова переглядываются, да как-то воровато, что ли. Эх, не умею я давить, только защищаться.

— Вы не знаете, о чём говорите, — отрезал Фелисьен.

— Отчего вы так решили? А вдруг знаю? Я знаю, что вы активно участвовали в процессе, так сказать, сближения Женевьев и его величества. А не приплатили ли вам за это?

— Как только можно такое подумать, — угрюмо произнёс он.

Так, кажется, у нас тут патовая ситуация, не выходит ни по-моему, ни наоборот. Господа договариваться не расположены. Что делать будем?

Дверь скрипнула, и к нам сюда явилась… Дуня.

— Женевьева, я… — начала она на том языке, что бытовал в Поворотнице.

— Заходи, Дуня, — оборвала я её на том же языке. — И было бы неплохо найти господина Асканио. Тут нам вздумали угрожать, понимаешь ли. Этот господин — брат господина Рогатьена, камердинер покойного короля, брата его высочества. А дама — камеристка покойной Женевьевы. Мне будет неспокойно оставлять этих двоих за спиной в нынешней неспокойной обстановке, — я вдруг поняла, что ни разу не говорила с Дуней о том, кто я на самом деле есть. Но мне сейчас казалось, что для неё этот факт не имеет никакого значения. Я ощутила её огромную силу — мощную и хищную.