— Тогда сейчас пойдём и спросим, — я уже была готова идти.

— Нет, госпожа Женевьев, нужно узнать, у себя ли принцесса Шарлотта, — усомнилась в моём решении Мари.

— Хорошо. Сейчас найдём, кого послать. А пока — господин Асканио, вас можно отправить к его высочеству в качестве гонца? Мы все тоже придём, но чуточку позже.

— Я скажу, — усмехнулся тот. — О беседе с господином Фелисьеном ему тоже рассказать?

— Сама потом расскажу, — отмахнулась я.

Нашли в передней комнате моих покоев служанку, послали её к принцессе Шарлотте — можно ли её сейчас навестить. Спустя небольшое время та вернулась — можно, мол, навещайте. Мы и пошли — всем почтенным собранием.

Идти было не слишком далеко — в соседнюю угловую башню. Покои принцессы состояли из нескольких комнат, в них кипела жизнь — служанки, няньки, камеристки. Сама принцесса восседала в кресле и поднялась нам навстречу. Я в упор не знала, кто кого приветствует первым в нашей ситуации, хотела заговорить, но хозяйка комнаты начала сама.

— Добрый день, ваше высочество, — она поклонилась — спокойно, без особой радости или злости.

— Добрый день, герцогиня, — поклонилась в ответ и я.

— Располагайтесь, — показала она мне на кресло рядом со своим, и лавки для остальных моих дам.

— Благодарю. Как ваши дети сегодня?

— Благодарю вас, им лучше. Ваша целительница очень хорошо знает своё дело.

— Госпожа Евдокия — очень талантливый маг. И у меня есть к вам просьба, как раз о ней и о моей юной воспитаннице. Не подскажете ли, где можно добыть для них подобающую одежду? Там, откуда мы прибыли, слыхом не слыхивали о придворных платьях.

Шарлотта посмотрела с некоторым изумлением — кажется, она не ожидала такой просьбы. Маркиза решала все свои проблемы сама? Ну так у неё были на то ресурсы. Я тоже научусь сама — как только разберусь в здешней жизни.

— Я… я понимаю, ваше высочество. Я пришлю свою камеристку Бертиль, можно будет обсудить с ней.

Высокая худая женщина в годах, одетая как камеристка, вышла и поклонилась.

— Замечательно. Мари, обсудите с госпожой Бертиль, хорошо?

— Да, госпожа Женевьев, — просияла улыбкой Мари.

— Вот и славно. Благодарю вас, госпожа герцогиня, — я поднялась.

— Рада быть вам полезной, — Шарлотта поклонилась, и я не успела увидеть, что там, на её лице. — Ваше высочество… могли бы мы с вами побеседовать о тех местах, откуда вы прибыли? Как так вышло, что его высочество не отзывался никому так долго, а потом появился?

— Непременно. Буду рада принять вас у себя немного позже, а сейчас меня ожидают у его высочества, — я просто улыбнулась Шарлотте, без поклона.

Наверное, я придумаю, где мне принимать гостей, каким чаем и не только чаем их поить, и вообще?

А пока — вперёд, на встречу с Анри.

Анри, конечно же, не то, чтобы поджидал меня, но поднялся навстречу, почтительно приветствовал и ещё раз представил некоему количеству сидевших тут с ним людей, как мужчин, так и дам. Впрочем, дамы оживились, увидев меня, я же внутренне крякнула — я же их всех знаю, да? По именам и титулам? И ещё, наверное, какие у кого мужья, дети и внуки? Что делать, спасите-помогите!

К счастью прямо сейчас свободного общения не предполагалось, и сначала мужчины снова что-то докладывали о перегруппировке войск, а потом происходил обед. После обеда почти все гости спешно отбыли — им открывали портал, и они отправлялись по домам.

— Анри, есть ли у тебя минутка? — тихо спросила я.

— Да, Эжени, конечно, — кивнул он и поднялся.

Предложил мне руку, велел всем прочим оставаться на местах и дожидаться, и вывел меня в соседнюю комнату — в свой кабинет.

— Всё в порядке? — спросила я. — То есть, не хуже, чем было?

Он усмехнулся.

— Не хуже, кажется. Донесения бывают противоречивы. Что у тебя случилось?

— У меня случились Аннет и Фелисьен, — и я вкратце рассказала ему о нашем эмоциональном разговоре.

Он выслушал и помрачнел.

— Странно, что Фелисьен оказался замешан в таком грязном деле, на него не похоже. Но ты правильно сделала, что рассказала, это нельзя так оставлять.

Анри позвал слуг — чуть повысив голос, велел позвать к нему управляющего и кого-то ещё. Названные пришли, он приказал взять под стражу обоих — и Фелисьена, и Аннет.

— Но ваше высочество, что мог натворить Фелисьен? Он же мухи не обидит, только ходит молиться в усыпальницу его величества! — попробовал возразить управляющий.

Впрочем, Анри возражений не принимал, и тот отправился исполнять приказанное. Но вернулся очень скоро — мы толком не успели даже обсудить детали разговора. И сообщил, что Фелисьен на месте, и никуда, по его словам, бежать не собирается, а камеристка госпожи маркизы, то есть её высочества, сбежала. Присоседилась к обозу, который отправился в Лим за припасами, и была такова. Фелисьен только пожимает плечами и говорит, что ему бояться и скрывать нечего, он служил Роганам всю жизнь, не отступится и впредь.