— Видишь ты там что-нибудь? — спросил он его.

— Кусок дерева, — отвечал тот, — может быть, обломок вашего корабля.

— Нет, — возразил Ман, начинавший теперь яснее различать очертания предмета, — это лодка. Неужели рыбаки отважились пуститься в море в такую непогоду?

— Клянусь Посейдоном, — воскликнул рыбак, — это какие-нибудь безумцы; впрочем, может быть, вчерашняя буря отнесла её от берега в море.

— Нет, — вскричал Ман, — в ней сидят люди; она плывёт вовсе не по произволу волн, смотри: она направляется к берегу.

Теперь лодка приблизилась настолько, что можно было видеть ясно, что в ней сидят три человека. Двое из них гребли, а третий сидел между ними. Между тем к разговаривавшим подошёл Харикл и стал следить, не отрывая глаз, за приближавшейся лодкой. Смутная надежда, в которой он боялся сознаться даже самому себе, держала его в напряжённом состоянии и заставляла удваивать внимание. Лодка уже несколько раз пыталась причалить к берегу, но волнение постоянно отбрасывало её. Но вот могучая волна провела её лучше самого искусного лоцмана мимо скалы, прямо к мелкому месту у берега. Тогда один из них, стоявший на носу лодки, выскочил из неё и, крепко ухватив её за борт, подал руку другому, бывшему, по-видимому, в совершенном изнеможении; за ним последовал третий и, выйдя из лодки, оттолкнул её с такою силою, что та, ударясь о скалу, разбилась вдребезги. Затем все трое благополучно добрались до берега.

— Это Ктезифон, — вскричал Ман.

— Ты думаешь? — спросил Харикл. — Мне тоже так кажется.

— Да, это так же верно, как то, что ты Харикл, — возразил слуга, — и Навзикрат с ним. Скорей бегите туда, — крикнул он рабам, — и приведите их, а не то они пойдут, пожалуй, в другую сторону.

Ман не ошибся. Когда лодка опрокинулась и исчезла в волнах, Ктезифон и Навзикрат ухватились за оторванный от корабля руль. Штурман также уцепился за него. Носясь таким образом по морю, все трое провели самую мучительную ночь, ожидая ежеминутно, что какая-нибудь волна подхватит и сбросит их в море. На рассвете Ктезифон заметил невдалеке пустую рыбацкую лодку, которую, вероятно, оторвало бурею от берега и унесло в открытое море.

— Сами боги посылают её нам во спасение, — вскричал он и бросился в море, мощной рукою прокладывая себе путь по волнам. Штурман последовал за ним, и оба достигли благополучно лодки, в которую удалось им взять и совершенно изнемождённого Навзикрата. Они должны были отказаться от попытки добраться до берегов Аттики и, следуя течению, достигли берега Эвбеи. К своему удивлению и радости, они встретили здесь друга, которого считали погибшим, а в гостеприимном доме нашли попечение и отдых, в котором так нуждались их измученные тела. Из своего имущества они, разумеется, не спасли ровно ничего.

— Нет берега более скупого, чем этот, — сказал им знакомый с местностью хозяин, — ненасытное море не возвращает здесь никогда даже и обломков корабля. Нет недостатка только в людях, потерпевших крушение, и, сколько бы их боги нам ни посылали, они всегда найдут здесь радушный приём.

Два дня прожили друзья в имении. Погода прояснилась, и они, отдохнув, стали советоваться между собою, что им теперь предпринять.

— До Каристоса недалеко, — сказал Ктезифон, — лучше всего было бы нанять нам барку и вернуться тотчас же в Афины.

— Ни за какие деньги, — вскричал Навзикрат, — я не хочу испытывать вторично долготерпение Посейдона. Я буду искать кратчайшего пути, и если возвращусь в Афины, уж конечно никогда более не отважусь предпринять морское путешествие. Если же я не сдержу своего слова, пусть бог морей поступит со мною так, как чуть было не поступил теперь. К тому же ведь я не могу возвратиться в Афины в таком виде. Я потерял все мои вещи и двух рабов; за одного из них я заплатил пять мин только в предпоследнее новолуние. Но всё это ничто по сравнению с потерею моего персидского ковра. У меня нет теперь никакой одежды, в которой можно было бы показаться, у вас также. Вот что я вам посоветую: отсюда до Халкида всего два дня езды; там живёт один из моих друзей, который останавливается у меня ежегодно во время дионисий. Мы попросим его выручить нас, оденемся, и затем нам останется сделать самый кратчайший переезд.

Предложение показалось не дурным, и, хотя Ктезифон не мог не улыбнуться, видя трусливость Навзикрата, он всё-таки согласился, так как рассчитывал найти в Халкиде предлог продолжить своё путешествие. Услужливый хозяин дал им запряжённую мулами повозку [95] и сам проводил их некоторую часть пути верхом.

Но Навзикрату пришлось обмануться в своих надеждах. Друг, на которого он рассчитывал, был в отъезде: он отправился в Эдепсос, местечко, находившееся на расстоянии одного дня пути от Халкиды, чтобы пользоваться тамошними целебными купаньями. Он должен был возвратиться дней через десять или двенадцать, поэтому Харикл и Ктезифон советовали немедленно переправиться в Афины, но Навзикрат был другого мнения.

— Я часто слышал от моего друга рассказы про прелестную жизнь в этом месте купанья. Мы теперь так недалеко оттуда, что не побывать там было бы непростительно. Послушайте: вот кольца, они весьма ценны; я заложу их [96] , чтобы иметь возможность купить новую одежду, а затем мы отыщем друга в Эдепсосе.

Он говорил так убедительно и рассказывал так много о прелестях Эдепсоса, что Харикл не мог устоять, а Ктезифон, отыскав корабль, готовящийся к отплытию не ранее, чем через два дня, не имел причины отказываться от этой поездки.