— То есть? — это совсем не та связка оружия, которую я видел для себя основной. Щит и меч — еще куда ни шло. Но…

— Думаешь до бесконечности можно привязывать артефакты к тому же родовому кольцу или непосредственно к собственной энергетической структуре? Э-э, нет, у всего есть предел. Поэтому так востребованы наборы, которые считаются большинством, как один предмет, а на деле каждый новый забирает приблизительно одну двадцатую часть обычного. У тебя сейчас осталась возможность привязать четыре артефакта. Вот и считай. Я не случайно выбрал копье и моргенштерн. Сначала рассчитывал, что демонесса станет твоей спутницей, но вчера понял, ты можешь просто не дожить до того момента, когда ее помощь реально понадобится. И лэрг сказал, что тебе предстоит прокатиться по землям Хаоса уже завтра, а я не смогу сопровождать, у меня еще в Демморунге дел на три-четыре дня. Поэтому нужно вооружиться! Арбалет твой хорош, боевые амулеты отличные, броня одна из лучших. Кинжалы — тоже. Но там столько таких тварей, для убийства которых этого мало.

— Может лучше что-то другое найти?

— Нет! И что? Сила, координация, ловкость, скорость — всего этого у тебя сейчас в избытке. А мечом, например, нужно учиться владеть годами, копьем же и вот этой дубиной гораздо быстрее. Да, и особых навыков не требуется, — слышала бы его Хельга, — Еще одно из основных их свойств, впрочем, как и остальных предметов из этого набора, — неважно где они находятся и неважно где ты, при призыве, оказываются в твоих руках. Да, два раза в сутки, но все же. Хоть убирай это оружие в иное пространство, хоть в другой мир из совокупности наших, они все равно мгновенно найдут хозяина пока он жив. А когда надобность в них отпадет — отвяжешь. Отдашь Лаене. Прогресс, конечно, пропадет и все вернется к базовым значениям. Да, да, чем больше ты ими будешь убивать, тем больше возможностей будет открываться. Но главное, после привязки, ты сможешь пропускать через них энергию из своего родового алтаря — не Дома, а родового, — специально повторил он, — Тогда оружие обретет возможности тех же ятаганов. В результате, часть энергии убитых сущностей будет аккумулироваться в твоей печатке.

— А если я превышу предел привязываемых амулетов? Чем это грозит?

— Ты — аристо, поэтому ничего страшного не произойдет, просто любой артефакт во время ритуала будет уничтожен. За исключением разве, что уж совсем редких вещей из наследий Великих мастеров, те защиту от дурака всегда встраивали. Это раз. А, когда ты достигнешь потолка, при отвязке должно будет пройти не менее двух месяцев прежде, чем привязать новый. Но это в лучшем случае, рассчитывай в среднем на три. Это два. И у тебя сейчас осталась возможность привязать четыре артефакта. Это три.

— Вопрос, мне нужны «Браслеты любви Истеллы». Не станет ли помехой оружие? И, вообще, данный амулет не вызовет ли негативных последствий или изменений в организме?

— Амелия просто чудо! — неожиданно и неподдельно восхищенно после секундного раздумья заявил маг, — Даром, что женщина, а мыслит — нам всем на зависть. Сразу поняла, откуда можно ждать беды! Предусмотрела! И не без оснований! — как-то подозрительно посмотрел на меня, — Одна демонесса — соблазн соблазнов, даже для умудренных опытом мужей! — последнюю фразу произнес таким тоном, будто не он мне ее навяливал и упрашивал принять клятву, а я презрев все нравоучения, забрал девушку с боем, — Это, действительно, лучший выход из возможных. И ведь… Я должен был об этом подумать или дер Вирго. Вот, что значит — целительница с даром богов!

Не стал принижать умственные способности лекарки. Мне авторство здесь по барабану, главное, чтобы работало. А оно должно, даже без прекрасной половины, которой предназначалось второе кольцо. Пусть на Аргассе не имелось ордена Прекрасной дамы, но посвященных только Истелле — в избытке. Они верили в то, что если богиня явит свою волю, то никакое кольцо не поможет сдержать прекрасных чувств к объекту вожделения. Вроде бы она таким образом давала свое добро на отношения.

— Хорошо, я согласен, еще к тебе просьба, убери или приглуши эльфийские метки.

Ко мне метнулись канаты сканирующих заклятий.

— Что? Опять? Сразу трое? — похоже методы сканирования отличались, так как до этого момента маг никак не обозначил то, что он их почуял, — Готово! Но тебе придется объясниться…

— Если на то будет разрешение свыше, а так, это все для Дома, — туманно ответил.

Маг поморщился, но ничего не сказал.

Привязали оружие.

Моргенштерн оказался с секретом — легким движением мысли он превращался в цепной, где ее длина могла достигать до полутора метров, а рукоять уменьшаться до тридцати сантиметров, во-вторых, шар мог «выстреливать» один раз в пять минут, поражая цель на дистанции все тех же упомянутых двух-трех шагах от владельца. И в такой же временной интервал можно было мгновенно увеличивать длину шипов — втрое, учитывая, их начальный размер около десяти сантиметров, получалось внушительно.

Копье, кроме «телескопического» древка, которое позволяло с невероятной скоростью «настраивать» его длину от полуметра до двух с половиной, после броска возвращалось в руку один раз в минуту. При этом при метании раз в пять минут можно было увеличить скорость и силу снаряда втрое. Не тупилось.

Повышенная пробиваемость незримой и обычной брони различных порождений Тьмы и Хаоса присутствовала у обоих образцов, как и возможность наносить урон нематериальным сущностям. И, как отметил дер Ингертос, можно было вливая энергию из родового алтаря, создавать эффект поглощения «душ».

Конечно, в обязательном порядке требовалось отслеживать заполненность внутреннего магического аккумулятора. Однако артефакты были совместимы с моим универсальным зарядным устройством. Нормально.

Так и представлялось, как я крадусь в тиши, чтобы не уколоть врага, а со всего размаха оглоушить… Впрочем, маг был прав. Впереди предстоял поход на необжитые земли, а внятного длинноклинкового оружия у меня не имелось. Ирс… На него мало полагался, требовалось разбираться, так как мне не нравилось, что к нему прикладывал свои руки Оринус. Его дар, когда каждое второе оружие имело возможность возвращаться к владельцу, теперь смотрелся насмешкой. Что же, возьмем в другом месте больше.