– Я ведь уже говорила, что мне не нужна помощь.

Барбара начала садиться за столик, слева от меня, и её девочки весело запрыгнули на диван сбоку от Рокки.

Она не узнала меня. Определенно точно не узнала. Да и как бы она могла узнать? Молодой она меня не видела, мы познакомились, когда мне было уже целых пятьдесят четыре года. Но она ведь могла видеть наши старые семейные фотографии, могла заметить мою внешнюю схожесть с её дочерью…

– Хорошо, что я твоя мать и знаю, что ты “со всем справишься сама”, что значит, что помощь тебе ни от кого не нужна, а не конкретно от меня не нужна. В противном случае я бы обиделась, – она говорила со слегка прикрытым весельем в голосе.

– Ты не из обидчивых.

– Это уж точно, дорогая моя… Ты как будто похудела.

– Я всегда была худой, мам, – Рокки как будто едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.

Барбара вдруг посмотрела прямо на меня:

– Она наверняка плохо питается, как будто она не девушка, а парень – готовит себе максимум сэндвичи, – после этих слов она вновь посмотрела на дочь. – Приехала бы к нам в гости, я бы тебе твою любимую лазанью приготовила. Ты ведь знаешь, что мы тебе всегда рады. – Барбара приняла из рук официанта меню и поспешно потыкала по нему пальцем, официант всё записал и ушел. Рокки тем временем продолжала улыбаться через зубы. – Как мать, я настаиваю на том, чтобы угостить тебя и твою подругу…

– Не позволю оплачивать мои счета.

– А мне, дорогая, знаешь ли, пофигу.

От такой формулировки я невольно ухмыльнулась – эта женщина явно знала, как разговаривать со своей старшей дочерью.

– Что ж, в этом мы похожи, – на сей раз у Рокки получилось улыбнуться искренне.

– Да, разве что только в этом, – согласилась Барбара. – Не пойму, в кого ты такая бунтарка. Твой отец был мягким человеком.

От услышанного моё сердце ёкнуло: не только я помню Шона, не только Рокки – есть ещё кое-кто, кто всё ещё не забыл его…

– Может быть, я в деда Геральта, – криво ухмыльнулась Рокки.

– Кстати, очень даже может быть, – неожиданно согласилась Барбара, и я вдруг вспомнила, что на самом деле когда-то очень давно, когда она ещё не уехала от нас в Коннектикут и не увезла от нас Рокки, я любила её не просто как невестку, но почти как родную дочь.

– Ваш муж был хорошим… – у меня запершило горло – как же я так осмелела, чтобы привлечь к себе внимание, да еще и голос подать? – Он был хорошим человеком?

– Отец Рокки был замечательным, – в её глазах внезапно и только лишь на одно мгновение вспыхнуло что-то знакомое мне самой. – Думаю, Рокки всё же очень похожа на него. Она только кажется колючей, а на самом деле очень добрая. Добрее даже Шакиры и Габриэлы.

От этих слов у меня защемило где-то в грудной клетке: она помнит, каким Шон был добрым, и думает, что Рокки переняла от него лучшие качества, которые он, в свою очередь, перенял от меня с Геральтом…

– Ну, как жизнь, мелкие? – Рокки погладила кулаком сидящую к ней ближе девочку, старшую, то есть Шакиру.

– Хорошо.

– Когда вырастем, станем такими же, как ты, – откликнулась Габи, встав коленями на диван.

– Ну это вряд ли, – скептически поджала губы Рокки.

– Потому что у нас папы разные? – заинтересовалась Шакира. – Ну так мама же у нас общая, – видимо, и она отчего-то хотела быть похожей на старшую сестру.

– Смотри, как я тебя сегодня в школе нарисовала, – с этими словами Габи протянула ей свой рисунок. Я увидела на нем семью: две девочки, папа, мама и ещё одна, большая девочка, стоящая в стороне от всех.

– Да уж, мне только и оценивать художественные таланты, – многозначительно повела бровями Рокки, бросив на меня красноречивый взгляд, после чего вновь перевела своё внимание на Барбару. – Мам, а ты знала, что бабушка Мирабелла была удочеренной?

От внезапности этого вопроса я в одно мгновение окаменела.

– Да, Шон однажды упоминал что-то такое, но в подробности не вдавался. Я уже даже и забыла об этом, и даже не вспомнила бы, если бы ты сейчас не спросила…

Я была уверена в том, что следующим, что скажет Барбара, будет вопрос, откуда Рокки узнала о том, что её бабка была удочеренной, но ситуацию как нельзя вовремя спас официант – он принес первую половину заказа за наш столик и тем самым отвлек Барбару, после чего на славу продолжили работать над её отвлечением Шакира с Габриэлой. В итоге за следующие полчаса, опасных моментов, вроде как, больше не возникло, но рядом с этой женщиной мне буквально кусок в горло не лез. В конце концов, я так и не доела свою порцию. А благодаря умению Рокки отлично читать по взгляду, мы не стали задерживаться и поспешили ретироваться уже спустя пять минут после того, как нам подали десерты.

Оставив младших дочерей за мороженым, Барбара решила проводить нас с Рокки на улицу. Отказаться мы, конечно же, не могли.

Стоило нам выйти на порог кафетерия, как Барбара сразу же недовольно, но как-то по-доброму, то есть по-матерински зашипела на Рокки:

– Снова ты без шарфа! И без головного убора… Да еще и куртка распахнута настежь. Осень ведь на дворе…

– Ладно-ладно, – Рокки поспешно застегнула свою куртку, – и я тебя люблю. Ну всё, нам пора, до встречи.

– Напиши, как доедешь!