Оказалось все-таки, что ехать куда-то точно придется, мы довольно срочно выезжаем.

— На сборы пара минут, — рявкнул кто-то из часовых в дверь, после чего ее не стали закрывать.

Фраза такая, что и не понять, правда это или уже нет, насчет выезда.

Ну, даже толика выданной мной информации вместе с паспортом из далекого социалистического времени должны произвести именно такое впечатление на начальство товарища Цховребашвили.

Если просто попадут к неглупому человеку на просмотр.

— Интересно, как еще повезут? Под суровым конвоем в наручниках? Или уже как важную личность? В мягком вагоне? Желательно еще пломбированном, как товарищ Ульянов-Ленин. Впрочем, это знание сейчас очень непопулярно и сильно наказуемо.

Я быстро собрался и вышел из комнаты, проследив, чтобы мой мешок со всем содержимым отправился за мной следом. А то еще сдуру его забудут-потеряют от испуга рядовые сотрудники и что тогда делать?

Внизу всех выгнали из гостиницы, даже дежурную. Похоже, что меры уже полной секретности весьма конкретно вокруг вашего покорного слуги начались. Ну, они и должны были так начаться после изъявления монаршей воли нового грузинского царя, это мне понятно. Если первый секретарь именно до него добрался.

Меня вывели из гостиницы через задний вход, когда машина, обычная черная такая, на которой еще Штирлиц в кино ездил, подъехала прямо вплотную к дверям. Запихнули мою тушку назад, с двух сторон плотно поджали крепкими телами оперативники по гражданке, впереди водитель в форме и пассажир тоже. Судя по синей эмали на ромбах на его петлицах и важному виду — кто-то из высокого начальства местной милиции. Наверно, сам начальник сталиниринского НКВД.

Грузинский такой мужчина с шикарными усами и проницательным взглядом.

Машину сразу же вырулила от гостиницы и довольно быстро поехала на выезд из города. Однако, около какого-то зеленого забора мы остановились и ждали пять минут, пока оттуда выедет такая же полуторка, на которой я поехал сюда.

В полуторке сидят в кузове с десяток военных с винтовками, она сразу же пристроилась вслед нашей машине.

Ага, такого уже нужного человека даже с конвоем или охраной везут, статус мой резко пошел вверх.

Явно пришла команда обеспечить надежную доставку ценного свидетеля, поэтому даже военных привлекли.

— Товарищи, давайте я вперед выдвинусь, а то тесно сидеть. Машинка то узкая весьма, — доброжелательно я сказал соседям.

Они прижались молча к дверям и повернулись в пол оборота, чтобы нам оказалось удобнее сидеть, а им меня видеть. Начальник с переднего сидения тоже повернулся, оценивая наше размещение. Еще наверно прикидывает, не получится ли у меня выпрыгнуть на полном ходу. Еще у него под ногами мой мешок лежит.

— Ага, от своего-то счастья да еще через лобовое стекло. Это только если мы в кого-то врежемся, тогда я наружу именно через него полечу, — демонстрирую я себе знание кинематики после просмотренных краш-тестов, только про себя, конечно.

Он же еще не знает, охраняют меня или конвоируют, похоже. Прилетел приказ с самого верха доставить как можно быстрее и с хорошей охраной. А вот что сказано про действия охраны при попытке бегства?

Вот, уже меня конвойные слушаются. Не хамят и не угрожают, не бьют по печени, как обычно при попытке разговора, понимают, что я важная птица. Какой бы я не был враг народа, хватило бы и четырех человек в машине для моего конвоирования, а раз полуторка с бойцами позади пылит, скорее всего — я очень ценный товарищ.

Разговаривать только не разговаривают совсем, похоже, что это тоже указано в распоряжении. В разговоры не вступать категорически, вот они все и молчат.

За окнами пролетают горы и скалы, мы неутомимо несемся в столицу. После неплохой грунтовки выехали на асфальтовую уже дорогу и поехали еще быстрее.

Легковушке приходится придерживаться медленно едущего позади грузовичка с солдатами, поэтому до Тбилиси мы ехали часа три с половиной, остановившись один раз дозаправить машины на смешной заправке с одной колонкой.

В туалет меня не пустили, сказали что запрещено вообще из машины вылезать, пришлось терпеть до столицы. Благо, что я успел перед выездом его посетить.

А вот сами сбегали за гребень склона, пока солдаты окружили машину с винтовками наперевес. Ну точно, ВИП персону везут и охраняют необычно строго, никого близко не подпускают за километр.

Часов в шесть мы приехали в какой-то пригородный ресторан, судя по тому, что три служебные машины стоят перед ним. В них бдят шоферы и так еще человек в кожанке прохаживается, контролируя местность и подкрадывающихся врагов народа.