Ада стояла, пока завуч перебирала на своем столе какие-то бумаги. «Интересно, если я сейчас совершу что-нибудь экстраординарное она меня отчислит прям щас?» – подумала Ада. – «Вряд ли. Эта скорей сначала унизит взглядом, а потом отправит к директору». Наконец, завуч закончила и встала:

– Идем.

Ада посторонилась, пропуская завуча к двери, и вышла за ней следом. Завуч прошла по коридору и свернула на большую лестницу (очевидно, игнорировала лифт). Поднявшись на третий этаж, Ада с завучем дошли до конца коридора, где женщина постучала в дверь с табличкой 11 «Б» и открыла ее.

– Ребята, у вас новая ученица, – сказала завуч и отошла, чтобы все смогли увидеть Аду.

Раздался удивленный, даже ошеломленный гул голосов.

За последней партой второго ряда сидели блондин и брюнет, за второй партой первого ряда расположилась девица, а у доски стоял Эдуард Миронович. И все, кто-то с удивлением, кто-то с возмущением смотрели, не мигая, на вошедших.

«Полный набор, зашибись» – с отчаянием подумала Ада.

– Здравствуй, Ада, садись на любое свободное место, – как-то криво улыбнулся Эдуард Миронович.

Ада бросила на него взгляд и оторопела. Учитель смотрел на нее глазами полными безграничного удивления. Как будто у нее на голове страус сидел. С чего бы это?

Ада прошла к предпоследней парте первого ряда, закинула портфель на стул, села, сложила руки и демонстративно уронила голову на них.

– Все в порядке? – услышала она голос завуча.

– Да-да, – поспешно проговорил Эдуард Миронович. – Я продолжу урок?

– Да, конечно, – сказала завуч и вышла, закрыв за собой дверь.

Ада не поднимала голову не только потому, что не хотела смотреть на учителя и новых одноклассников. Она боялась встретиться с глазами брюнета, из-за того, что знала – она не сможет оторваться и все это тут же заметят! Но Эдуард Миронович начал говорить с прерванного места, Ада машинально подняла голову и увидела, краем глаза, что брюнет сверлит ее взглядом. Она поборола желание повернуться (с трудом) и стала слушать учителя. «И почему я вообще борюсь с собой и хочу постоянно на него пялиться!» – со злостью подумала Ада и стала внимательно следить за Эдуардом Мироновичем, который самозабвенно объяснял какую-то теорему. Был урок то ли алгебры, то ли геометрии. Это помогло, Ада на какое-то время позабыла о брюнете, сосредоточившись на теме.

Прозвенел звонок.

– Записываем домашнее задание! – крикнул Эдуард Миронович в поднявшемся шуме.

Ада огляделась. Учитель, оставив на доске несколько примеров, вышел из кабинета, а вот ученики, наоборот, никуда уходить не собирались.

– Ты попала не в тот класс, колючая моя, – прошептал над ухом Ады ехидный голос и по ее шее побежали мурашки. Ада схватила парня за край пиджака, и он обернулся. Снова его пронзительные темные глаза встретились с глазами Ады. Она ядовито улыбнулась:

– Скорей ты не понял, с кем связался.

Их разговором заинтересовались парни, сидящие за партой перед Адой. Брюнет это заметил, поджал губы, вырвал пиджак из ее пальцев и быстрым шагом вышел из класса в компании своего светловолосого друга.

– Круто ты его, Марк такого не переживет, – усмехнулся парень, сидящий впереди и повернулся к Аде.

– Кто? – не поняла Ада.

– Марк, – повернулся второй парень и протянул руку: – а я Никита.

У него были светлые волосы и красивые шоколадного цвета глаза с длинными пушистыми ресницами.

– Андрей, – представился первый. – Так вот, я тебе говорю – так просто от Марка ты не избавишься.

Андрей чем-то был схож с другом: темно-русые непослушные волосы и карие глаза.

– Почему? – Ада сама не понимала, отчего вдруг ей стало так интересно.

– Потому что это фишка Марка, – ответил Никита. – Сверкнуть глазами, вкрадчивым голосом шепнуть что-то на ухо и все! Девушка падает в его объятия.

– Марк увел у Никиты девушку, – вздохнул Андрей.

– Как мне ее жаль, – сказала Ада. – Повестись на все это, а потом он ее сто процентов бросил?

– Слышь, курица! – раздался визгливый голос, и Ада со вздохом подняла голову. Ей это уже начинало порядком надоедать.

Над ней стояла девица. Выглядела она так, будто собралась на какую-то дискотеку – светло-русые волосы собраны сверху в два хвостика и завиты в крупные кудри, на глазах розовые тени и фигурные малиновые стрелки со стразами, губы накрашены яркой помадой. Это было не стандартно, но очень красиво, хотя внешность девица имела совсем обычную: серые глаза, светлые, редкие волосы, маленькие губы, аккуратненький носик. Одежда, несмотря на школьную форму тоже сильно выделялась – туфли на высоком каблуке, с острыми носами и цепочками вместо застежек. На запястьях и в ушах дорогие украшения, необычные, яркие, особенно сережки – в одном ухе треугольник и квадратик на цепочке, а в другом – только треугольник, все из розового золота.