Сказав эти слова, она сделала шаг назад и перехватив нож, спросила вновь: - Мой вопрос остаётся прежним, кто ты? Допельгангер, иллюзия или может перевертыш?

И сделал непонятный жест левой рукой, от которого у Филипа сжалось сердце, а по телу пробежалось мурашки напополам со вспышками боли. Ему даже показалось, что даже нити Пакта дрогнули. И поэтому сам отступил назад, невольно проведя по правому рукаву, желая стряхнуть что-то эфемерное, но лишние и горячее.

– Уж не враг тебе, ведьма. – использовал фигуру речи юноша и увидел, как вздрогнула стоящая перед ним: - Да ну? Неужели угадал? Где же тогда твоё кольцо? – уточнил он, подняв бронзовую печатку с ярко красным цветком на внешней стороне.

– Мы не аристократы и не обладаем ни духом хранителем, ни силой чтобы бросить вызов, так называемым высшим слоям общества. – ответила ему девушка и аура вокруг неё стала ещё более агрессивной. Душа внутри тела немедленно отреагировала на это изменение, а спустя ещё секунду когда рядом будто кто-то ударил в камертон, «звук» сотряс его до самых глубин.

Делая ещё шаг назад, ведьма перед юношей подняла руку, складывая её щепотью, но замерла смотря в дуло револьвера.

– Спорим, я успею выстрелить? – кривясь спросил Филип, не отрывая взгляда от прекрасных зелёных глаз.

– А я распылить твою слабую душонку. Тебя только три непрочные нити держут в этом теле. – не показывая страха, нет даже будто развеселившись, решила поддержать его спор полька.

– Тогда может просто позавтракаем? Отметим так сказать знакомство? – опуская пистолет совсем чуть-чуть вниз, сделал внезапное предложение Филип.

– Фи – чуть расслабила руку Ядвига: - А как же вечер, вино и прекрасные виды?

Смешок вырвался из горла Филипа: - Боюсь мы ещё не достигли того уровня, когда такое будет уместно. Я знаете стараюсь не думать о том, что получу ещё одну порцию яда в предложенный мне напиток. И хоть говорят, что смерть от руки красавицы прекрасна, предпочту продолжить свой смертный путь.

– Ну вот вы и начали говорить глупости при виде моей красоты. – уже заметно расслабившаяся Ядвига, едва сдержала улыбку: - Яд — это не так прекрасно, как многие думают. И неужели Иван попытался столь радикально решить вопрос? А на вид такой тихоня.

– Кстати о тихоне, не подскажешь где он? Я если честно ожидал встретить его здесь. С его паранойе не верю, что он оставил бы нас вдвоём.

– Боюсь вчерашние гости… – начала было говорить Ядвина и вздрогнула, резко снова подняв руку.

А причина была в том, что теперь уже на лице Филипа проявилась злость и раздражение: - И кто эти новые гости?! Снова работники недовольные оплатой?!

– Почти… – с трудом сдержавшись ответила Ядвига: - … хотели ускорить возвращение долга. Иван был с ними принципиально не согласен, как и господин.

– Это несогласие как-то связано с марионеткой, что валяется в комнате?

– Она оказала угнетающий эффект на гостей, и они предпочли ретироваться под грозным взглядом господина. Но боюсь, к тому моменту Ивану уже успели объяснить, пересчитав рёбра, всю неправильность его позиции. Если бы не господин...

– Грозный взгляд Стефана оказался убедительным? Ну-ну. – скептически приподняв бровь на данное заявление Филип.

И решился таки вернуться к тому вопросу, ради которого собственно и пришёл сюда: - Так как насчёт завтрака?

– Назовите имя незнакомец, и получите его для себя и этого старика. – снова попыталась узнать хоть что-то Ядвига. При этом она рискнула повернуться боком к Филипу.

Оружие к этому моменту они оба опустили, и юноша рискнул назваться: - Филип. Филип Безродный.

Завтра слуге он понёс сам. Он верил словам Ядвиги, но это не означало, что она не решит задушить своего конкурента подушкой. Хоть это и было мало вероятно.

По дороге он заметил лежащую на столе газету и решил прихватить с собой. Юноша тяжело вздыхал по старому доброму интернету с его сводками новостей. Но мир этот был слишком далёк от таких вещей и приходилось снова полагаться на простые источники.

Как он и ожидал, потрепанный слуга ещё спал и поставив тарелку на прикроватную тумбочку, Филип развернул газету.

Он чуть не подавился бутербродом, когда перевернув очередную страницу с откровенно бессмысленной для него информацией, наткнулся на жуткую фотку отделённого человеческого тела и головы.

– Цензора на вас нет. – прокашлявшись произнёс он и вчитался в статью.

В ней явно излишне ретивый репортёр, которого по мнению юноши надо было гнать в шею из издательства, во всех красках рассматривал конспирологическую теорию о маньяке аристократе, который гуляет по улицам их маленького городка и нападает на беспризорников.