– Да ты зае***! Сорок!

– Тридцать.

– Торговля работает не так! Мы должны идти навстречу друг другу и встретиться на сороках!

– Так мы и встретимся. Ну хорошо, только ради твоих зелёных глаз… - лениво сказал Филип, и Ядвига впилась в него взглядом: - Тридцать и пять десятых.

– АААА СВОЛОЧЬ! – схватилась за голову девушка: - Будь человеком, а не жадной сорокой! Тридцать пять!

– Ладно. – внезапно согласился Филип, чем поставил уже открывшую для очередного крика рот девушку в тупик.

– Б****. К****. – и ещё несколько незнакомых слов на польском, и вдохнув половину очередной сигареты за один присест.

– И ещё кое-что. – дождавшись, когда девушка закончит выплёвывать эмоции, туша сигарету в пепельнице, сказал серьёзный Филип: - О случившемся ни слова ни пацану, ни его слуге.

– Пять процентов сверху, и я могила. – блеснув глазами ответила Ядвига.

– По рукам.

*****

Переулок. Ранее утро

Множество полицейских осматривали место произошедшей расправы, и толстяк Ершов был среди них. Он помахивал платочком рядом со своим носом и показывал такое волнение, что некоторые из коллег ожидали, что ещё немного, и он упадёт без чувств.

Удивительно, что здесь было и высокое начальство. Слишком высокое для столь рядового дела. Но капитан Вольтов ходил вокруг и его нервное состояние передавалось окружающим.

И едва дождавшись, когда к нему подойдёт один из подчинённых, он спросил: - Ну что? Это Мясник? Эта тварь перешла на более возрастные жертвы?

Сержант Кирилл лишь мысленно вздохнул при этих словах, но смог не выдать раздражения в голосе: - Никак нет! Раны нанесены при помощи огнестрела, и наличествуют признаки ограбления. Карманы вывернуты.

– Собаки?

– Только нюх потеряли. – покачал головой сержант: - Скотина сделавший это рассыпал тут специи. Странно что следов крови нету. Да и раны…

– Что раны? – недовольно цыкнул капитан: - И так всё понятно! Напоролись на конкурентов, а последние утащили раненых. Всё я сказал. – остановил он подчинённого, когда тот попытался возразить.

– Дебил. – тихо произнёс Молодов, но услышал вопрос: - И почему? – вздрогнул и развернулся.

Позади стоял Ершов, продолжаясь обмахиваться платком и подоброму улыбающийся.

Успокоившись Кирилл Молодов ответил: - Ну я не спорю, что могла быть просто разборка бандитов. У нас их тут действительно много, но не слишком уж раны точные? Ты вот когда-нибудь видел, чтобы было всего три выстрела и все три смертельными?

– Нет не приходилось. Но может это была засада?

– Ну несколько секунд может быть это и дало.
– согласился с ним, Молодов: - Но чтобы воспользоваться этим преимуществом нужно быть исключительным стрелком. Я такого в городе одного знаю. Не скажешь давно стал бандитов в переулке караулить?

– Хаха.
– похлопал в ладоши Ершов: - А если магия? Может кто-то владеет особым даром?

– Следов нету. Ни малейшего отголоска, а значит лишь умение. Возможно… укрепляли руки, чтобы не дрожали, но и то сомнительно.

– Действительно. – приложив платок ко рту, сказал Ершов: - Ну будем надеяться, что это не станет новой прелюдией для очередной бойни. Нам хватает и убийцы детей.

Молодов скривился при упоминание маньяка: - Не важно сколько начальство будет скрывать это, рано или поздно начальство в столицах заинтересуется и головы вместе с погонами полетят.

– Тогда нас ждёт головокружительный взлёт. Ну если не окажемся в одной лодке с начальником.
– похлопал по плечу напарника Ершов.

*****

Дом Артемьева

– Нет, нет. Юлий я уже не раз говорил. Поклоны… - в очередной раз поправлял Стефан своего ученика, мысленно матерясь на Ядвигу, которая сегодня укатила без предупреждения, оставив лишь записку и след помады. И это в сочетании с тем, что Иван хоть и смог встать, но не успел ничего приготовить и подготовить его одежду.

Поэтому на запланированное занятие он едва не опоздал и выглядел весьма помятым. Ему ещё долго будет помниться взгляд, Артемьева и только исключительная выдержка и необходимость в деньгах, не позволила ему высказаться по крепкому. Но вот на пару секунд он снова стал аристократам старого рода. Даже если роду и было всего пять сотен лет

Но новая проблема пришла, вместе с не менее заспанным и помятым Юлием. Пацан, как ещё в прошлый раз отметил Стефан, не очень соответствовал своему отцу по характеру и совершенно не горел желанием осваивать этикет высшего общества.