– Ну вот, все идет по плану. Даже становится заметно.

– Что? – не поняла Эйвери.

– Ну, ваш живот становится заметен не только вам. Советую не носить слишком узкой одежды. Это может повредить ребенку. И никаких ремней.

Время действовать, поняла Эйвери.

Ребенок. Слово «беременность» было каким-то отстраненным, словно означало временное состояние, сродни болезни. Но ребенок – это маленький человечек, который должен знать своего отца. Кристиану пора узнать правду.

Вернувшись домой, Эйвери немедленно позвонила в «Харлоу Букс».

Трубку взяла секретарша. Слушая ее уверенный, спокойный голос, Эйвери подумала, что та никогда не попала бы в такую дурацкую ситуацию.

– Добрый день. «Харлоу Букс». У телефона Марджи. Чем я могу вам помочь?

– Мне надо поговорить с мистером Харлоу.

– Как вас представить?

– Шэннон. Эйвери Шэннон.

– Минуточку.

Действительно, через минуту секретарша вернулась и объяснила, что мистер Харлоу, к сожалению, очень занят, но ему можно оставить сообщение.

Больше всего Эйвери хотелось швырнуть трубку. Или заорать. Или выругаться. Но Марджи была ни в чем не виновата.

– Передайте ему, пожалуйста, чтобы он связался со мной как можно скорее.

– Это все?

– Да, большое спасибо.

– Он знает ваш номер?

– Он знает, где я живу. – С этими словами молодая женщина положила трубку и вернулась к работе.

Кристиан пришел вечером того же дня после закрытия магазина. Под дубленкой, данью суровым зимам Миннесоты, на нем были голубые джинсы и синий свитер. И выглядел он достаточно мрачным. Вряд ли я его развеселю, подумала Эйвери.

– Привет, Крис. Входи.

– Здравствуй.

Они в молчании прошли через весь магазин, поднялись по лестнице и зашли в маленькую гостиную. Кристиан огляделся, словно бы желал убедиться, что они здесь одни.

– Не скрою, твой звонок меня удивил.

– То-то ты на него не ответил.

– Я был на деловой встрече. Понимаешь, я собираюсь открыть еще один магазин. А управление одним занимает немало времени.

– Но у меня тоже магазин!

– По сравнению с моим – это детский сад. Заметь, я не хочу тебя обидеть…

– Но обижаешь!

Кристиан невольно подумал, что был совершенно прав, прекратив с ней всякое общение.

– Видишь? Так происходит каждый раз. Мы либо заваливаемся в постель, либо ругаемся.

– Раньше мы не ругались, – печально произнесла Эйвери. – Что изменилось?

– Могу с легкостью объяснить. Это произошло из-за того, что мы с тобой переспали. Именно таким образом наша былая дружба исчезла. Секс меняет многое, если не все. Разве ты этого не знала?

– В общем, да, знала.

– Ну так почему ты хотела со мной встретиться?

– Ты не присядешь? А я пока заварю чай. – Эйвери понимала, что снова пытается отсрочить начало решающего разговора, но ничего не могла с собой поделать.

– Нет, спасибо. – Кристиан почувствовал, что что-то не так.

Как бы выложить новости потактичнее, чтобы не шокировать его? – лихорадочно размышляла Эйвери и вдруг неожиданно для себя выпалила:

– Я беременна!

Кристиан не замедлил с ответом.

– Поздравляю. И кто счастливый отец?

– Что?

– Отец. Кто отец твоего ребенка?

Эйвери озадаченно пожала плечами. Ей и в голову не приходило, что он может отреагировать так.

– Ты, конечно.

– Не понимаю, откуда взялось слово «конечно». Честно говоря, я наименее подходящий кандидат на эту рояь. Я спал с тобой лишь однажды, и мы предохранялись.

– Наименее подходящий кандидат?! – Эйвери никогда еще не было так скверно. Точно так же она чувствовала себя, когда Кристиан предложил ей поменять простыни, прежде чем впускать в дом Брэндана. – Ты, что… Ты намекаешь, что существуют несколько мужчин, которые могут быть отцом моего ребенка?

– Почему бы и нет?

Как он может так думать? Надо же, как извращенно Кристиан воспринимает действительность!

– Ты действительно считаешь, что сразу после тебя я залезла в постель к Брэндану?

– Ну зачем же к нему в постель? Все происходило здесь, у тебя в доме. Мне не пришлось потратить много усилий, чтобы тебя соблазнить. В постель я тебя не тащил. С какой стати с Салмоном тебе вести себя по-другому?

Несколько секунд Эйвери молчала, не в силах выдавить из себя ни звука. Ей казалось, что она получила сильнейший удар в солнечное сплетение.