— Что вы, благородная сударыня, откуда простому холопу иметь подобные знакомства.

— Прибереги сарказм для равных, смерд, — морщит носик Маргарита. — В общем, я попробую найти способ. А ты веди себя хорошо. Вчера полночи пришлось Тамару Федоровну успокаивать! С трудом уговорила, чтобы она согласилась и дальше с тобой работать…

Прощаемся с Маргошей, бегу на тренировку. Бернард весьма недоволен, но на первый раз прощает. Правда, заставляет выложиться так, что из зала я плетусь на полусогнутых, придерживаясь за стену.

Даже направление всей маны на восстановление помогает не сразу. Оказывается, даже меня можно ухайдокать до бесчувственности.

С Маргаритой встречаемся на следующий день. Она говорит, что поиск способа уменьшиться займёт какое-то время.

— Сам понимаешь, холоп. Я не могу сказать напрямую, какую цель преследую. Приходится вуалировать, делать намёки, вести словесную игру… Ах, столь тонкие материи тебе не понять, дикарь.

— Не притворяйся, будто тебе не нравится моя дикарская грубость, сладенькая, — ухмыляюсь я.

Получаю пощёчину, а следом жаркий поцелуй.

— Ах ты, сучка, — ухмыляюсь. — А если я?

— Попробуй! — с вызовом отвечает Марго.

— Правда хочешь? Не, я женщин не бью, даже если просят. Но могу отшлепать тебя по другому месту…

Мы находимся в приёмной Августины Филипповны, поздний вечер. В рабочих помещениях директрисы работают артефакты тишины, так что никто не слышит громких стонов, издаваемых нами в порыве страсти.

Тьма меня пожри! Похоже, что мы с Маргаритой оба подсели на эти необузданные скачки. Уже даже кажется, что она специально меня оскорбляет и провоцирует, чтобы заставить нашу кровь кипеть.

Ну, а я и не против. Всё равно это рано или поздно закончится.

В конце ноября, как раз накануне очередной организованной поездки в город, меня зовёт к себе Степан Карпович. Садимся у него в кабинете, и ведун выкладывает на стол артефакты, которые я ему в своё время отдал.

— В общем, слушай внимательно, Ярослав. Все эти изделия созданы незаконно и могут нанести вред тому, кто их использует. Вот эти, — Степан отодвигает несколько побрякушек в сторону, — крайне нестабильны. Я сумел их активировать, но применять не советую.

— Хорошо. А продать?

— Можно, конечно, если тебе не жаль тех, кто их купит.

— Ну, я не то чтобы великий моралист, но внутренний компас имеется. Раз всё так плохо, давайте их уничтожим, — пожимаю плечами.

— Полностью согласен с таким решением, — кивает ведун, поправляя очки. — Смотри, вот этот амулет — подделка под «цитадель». Изготовлением таких амулетов занимается одноименная фабрика графа Чернобурова…

— Давайте без подробностей.

— Да-да, хорошо. В общем, подделка довольно качественная, можно использовать. Защита вряд ли будет как у оригинала, но считай, что у тебя появится ещё один слой духовного доспеха.

— Отлично, — двигаю амулетик ближе к себе. — А остальные?

Ведун рассказывает мне о прочих артефактах. Часть решаю продать, несколько оставляю себе. Могут пригодиться на Изнанке или в других ситуациях. Дополнительные силы редко бывают лишними.

— А вот этот — вещь особенная, — в последнюю очередь Степан обращает внимание на нефритовую пирамидку. — Честно, я не смог определить, что она делает. Внутри, похоже, заключен сильный макр. Заклинание очень качественное. Похоже на легальный артефакт со скрытыми свойствами, возможно, родовой.

— Почему бы и нет, — провожу пальцем по гладкой поверхности пирамидки. — Раз у Бердыша был чей-то родовой перстень, то и арт мог заваляться.

— Вот именно. Видишь ли, я не специалист, поэтому не могу разобраться. Тебе надо показать эту вещь опытному артефактору.

— Хорошо. Спасибо и на этом, Степан Карпович. Вы мне очень помогли. Когда в Астрахань?

— Завтра. Поеду вместе с вами в город на автобусе, а потом сразу на вокзал.

— Денег хватает?

— Конечно! Я и десятой части от тех четырнадцати тысяч не успел потратить…

— Может, нанять вам охранника?

— Не стоит, — отрицательно машет рукой оракул. — Зачем привлекать лишнее внимание? Пожилой исследователь не вызовет ни у кого подозрений. Да и зачем мне охрана? Я не собираюсь делать ничего предосудительного или незаконного.

— Знаете, попытку доказать существование бастарда дворяне вполне могут осудить, — замечаю я.

— Буду действовать осторожно, — улыбается Степан.

На следующий день едем в Новокузнецк. Светочка снова со мной, и это радует. Я заранее сказал, что собираюсь сводить её в ресторан, так что девушка сгорала от предвкушения.