Еще час мы болтали о всяких глупостях, рассказали Филиппу, какие у нас есть замечательные крокодилы и предъявили Фросю. Архитектор был очарован узорчатым созданием, спросил разрешения ее погладить и посадил к себе на колени. Определенно, у кого-то нарисовалась хорошая жизнь.

Драк только скривился при виде таких нежностей:

— Испортишь нашу боевую машину.

— Да она же предмет искусства, неужели вы ее погоните в пещеры? — возмутился Филипп.

— Еще как погоним, — ответил Драк. — Она для этого создана. Потом у нее уникальные способности, нам пригодятся. Все, отпускай зверя, а то она забудет, зачем ее сделали.

Фил с сожалением опустил Фросю на пол, Драк убрал ее в контейнер, и мы проводили архитектора через двор до его дома. Повеселевший архитектор умчался к себе, включил свет и начал что-то ваять в компьютере, а Драка посетила другая идея.

— Слушай, а, как думаешь, наши кусты только между собой могут разговаривать?

— В смысле? — не понял я.

— Ну вот мы знаем, что их трое. А, может, их больше.

— А! Хочешь попробовать у них узнать, где Котий?

— Ну типа того. Понятно, что он носится по округе, но что-то долго уже. Сколько можно расстраиваться? Надо собраться и победить всех врагов.

Из кармана у меня вылез Уфф.

— Давайте я спрошу. Вообще ужасно жаль, что меня не было, когда все вот это… узналось.

— Думаешь, ты смог бы помочь? — выразил сомнение Драк. — Котий был в таком бешенстве. С ним еще никогда никто так не поступал. Он мне рассказал только половину и умчался, как гепард, а вторую половину я вытряс из Балакирева. Мне жаль, что этот проклятый Институт не на Домино, сожгли бы их, да и всё. Ну а раз их здесь нет, то остается только освежающая физкультура. Нормальный план придумаем завтра.

— Ладно, действительно, поговори с ними, — я перенес Уффа к топиару.

— А, кстати, мы предупредили Филиппа, что наши кусты, когда расстраиваются, орут инфразвуком? — внезапно спросил нас Уфф.

— Нет, — ухмыльнулся Драк. — Я надеюсь, они хотя бы до утра не будут орать, хватит ему новостей на сегодня.

Уфф просидел на кусте довольно долго. Мы подмерзли и уже собрались уходить, когда он подал голос:

— Ну в общем все хорошо. Котий мчится вдоль дороги примерно в сторону луны.

— Эээ… — обалдели мы.

— А если точнее? — поинтересовался Драк.

— У нас не совпадают ориентиры, — пояснил Уфф. — Поэтому все, что я смог понять, что Котий мчится вдоль дороги, вокруг деревья, а впереди луна. Его хорошо видно, поэтому наши топиары уверены, что это он. По их мнению, с ним все хорошо, потому что он бежит он быстро, а шерсть у него блестит.

— А они сами это видели? — попытался сориентироваться я.

— Нет, у них есть в друзьях какие-то деревья, как я понял, с тем же режимом питания, и вот с ними есть связь.

— Ладно, — махнул рукой Драк. — Давай спать. Если утром не вернется, поговорим с кустами еще раз, и я полечу искать нашего мохнатого друга. А ты тогда свози Фила в пещеру, проект не должен стоять.

Мы вернулись домой, и я понял, что вот теперь точно пришло время писать письмо Баруху. Не тому, который крокодил, а тому, который друг отца. Нам нужен очень хороший лоббист. И если не Бар, то никто.

Я подумал, как я ненавижу тех, кто мешает нам жить и особенно тех, кто обижает Котия. И сваял лучшее в мире письмо.

Утром я застал Драка с кружкой чая перед кухонным окном. Через пар над кружкой он разглядывал наш двор. Я тоже глянул.

— О! Вернулся, — обрадовался я.

Котий спал, подобрав под себя лапы и хвост, прямо под топиаром. Собственно они были похожи на двух котов в корзине — один большой и фиолетовый, а второй черный и поменьше. А на топиаре… да, точно, сидел Уфф.

— Да, — подтвердил Драк. — У нас тут, видишь, терапевтическая конструкция.

— А давно он вернулся?

— В пять утра.

— Ты следил что ли?

— Ну так, прислушивался. И твой Уфф тоже. Вон он сидит сверху. Я час назад подходил к нему, спрашивал, как дела. Он рассказал, что Котий добежал до края Домино, постоял там в тумане и вернулся обратно. А снится ему море и летающие рыбы, — пересказал ночные события Драк.

— Это хорошо, наверное.

— Хочется его уже разбудить, а то скучно. Он должен был уже выспаться.

— Давай я оладьи пожарю, тогда и разбудим.

— Давай, — согласился Драк.