И снова — очередной укол. Только уже немного иного характера. И я, отчего-то страшно испугавшись источника этого неприятного ощущения, старательно отмахиваюсь от него и натягиваю на лицо привычную маску дружелюбия.

И хотя я не собираюсь навязывать мужчине свое присутствие (зря он, что ли, сплавил меня дяде Славе?), мне становится очень приятно, когда он приподнимает руку в приглашающем жесте, а после и вовсе кладет ее на мою поясницу, стоит мне приблизится.

Его собеседница, кстати, замолкает. Но всего на пару секунд и то — лишь для того, чтобы обвести меня изучающим взглядом.

— Познакомьтесь, — с радостным воодушевлением берет на себя роль концертмейстера Нэлли, — Это Танечка, подруга Олега. Таня, знакомся — это Эля, моя любимая невестка. Это Ольга, ее сестра. Это Саша, Митя и Артур. Наши племянники. А еще Вова и Надя. Ребята, а где Женечка?

— Так в доме, — лениво отзывается один их мужчин, Вова, обнимающий со спины кругленький, как арбузик, живот своей спутницы — судя по одинаковым кольцам — законной супруги.

— Здравствуйте, Таня. Приятно познакомиться, — безмятежно и мягко, как и большинство беременных, говорит Надя с легкой улыбкой.

— Очень приятно, — вторит кто-то из мужчин: Саша, Митя или Артур — непонятно.

Женщина в голубом — та самая Эльвира — тоже приветственно кивает и возвращается к прерванному разговору.

Оказывается, она всего лишь описывала какую-то мебельную выставку в Швейцарии. Супруга Евгения с легкостью произносит всевозможные термины и названия брендов, мало мне знакомые, а также имена дизайнеров. Внимательно слушающий ее Олег изредка кивает, но молчит. За исключением тех моментов, когда Эльвира, задав вопрос, ждет от мужчины ответа.

Вот только тема мебели была интересна только самой женщине и Олегу, и потому остальные, явно заскучав, стали потихоньку отступать и отходить. Пока мы не остались втроем.

Слушая приятный и мелодичный голос Эльвиры, я поняла, что совершенно не вникаю в ее речь. Зато неожиданно наслаждаюсь приятными и теплыми ощущениями от близости Олега. Чувствую себя рядом с ним маленькой и какой-то… хрупкой, что ли. Но защищенной. От его ладони по моей спине исходит приятная и теплая тяжесть, а запах одеколона щекочет не только нос, то и еще что-то внутри.

И хотя это все игра… и притворство… На несколько минут я все равно позволяю себя погрузиться в обманчиво сладкую атмосферу счастья и умиротворения.

Из которого меня совершенно некрасиво вырывает зычный окрик откуда-то сверху:

— Эля! Где болгарский перец?

Инстинктивно задрав голову, я вижу торчащую из окну слегка взлохмаченную голову Евгения, который судорожно оглядывает двор в поисках своей жены.

— В тазу, Женечка, — отзывается, смеясь, женщина, — Там же, где и кабачки!

Мужчина резко смотрит вниз, видит нас и широко-широко улыбается.

— Олег! Здарова! — счастливо восклицает он, — Все-таки приехал, стервец! Я сейчас, подожди — овощи на гриль нарежу и спущусь. Эля! Так где перец?!

— Господи? — закатывает глаза женщина, — Олег, Таня, простите, я пошла! Без меня Женечка никуда! Пойду исполнять супружний долг!

Олег серьезно кивает, а я понимающе улыбаюсь.

Мы остаемся одни.

По-семейному добродушная и откровенная атмофера сборища Добряковых и их друзей нагнетала. Олег чувствовал себя некомфортно, особенно когда его просто заваливали вопросами о его спутнице.

Хотя, конечно, он соврет, если скажет, что не ожидал подобного поворота событий. Очень даже ожидал. И чутко предполагал алгоритм действия того или иного человека.

Например, Нэлли. Воспользовавшись тем, что ее супруг оперативно перетянул на себя внимание девушки, женщина без какого-либо смущения спросила Олега прямо в лоб:

— Это дочь Карповых, не так ли?

Нэлли Георгиевне было почти 70 лет, но, несмотря на возраст, была бодра, весела и пытлива. А еще оказалась одной из немногих, что знал историю трагической любви Должанского чуть ли не изнутри — в свое время она была близкой подругой матери Олега, а после и самого парня, заменив тому почившую родительницу. Она видела и его взлеты, и его падения, стала свидетельницей бурной молодости и невероятных страстей. Благодаря связям помогла выбраться из дурной истории и попыталась устроить его личную жизнь, чтобы переключить внимание Олега на кого-нибудь другого.