Она не торопилась действовать еще и потому, что хотела выждать определенный промежуток времени. Нужно было явиться перед Шелдоном в тот момент, когда аборт уже станет не то что нежелателен, а практически невозможен.

Несмотря на четкие инструкции, указанные в записке, София вовсе не собиралась бежать в клинику на операцию. Ребенок, которого она вынашивала, был ее пропуском в лучшую жизнь, поскольку являлся и ребенком Шелдона Паттерсона.

В конверте, кроме денег, находились данные, которые София тайно переписывала из личных писем и электронных сообщений, которые регулярно получал Шелдон. Здесь была его мать, Перл Паттерсон, адвокат Шелдона, Кей, его бывшая жена, и, разумеется, Джесс и ее адвокат. Девушка выложила содержимое конверта на стол, затем взяла чистый лист бумаги и ручку и стала тщательно обдумывать план нападения.

— Что ж, солнышко пригревает, в небе ни облачка. Разве вас это не радует? — проворковала Перл, отводя взгляд от иллюминатора.

— Солнце точно так же светило и в Мексике. Кроме того, черт побери, оно одинаково светит везде, в том числе и в Лос-Анджелесе, — мрачно отозвался Шелдон.

Перл шумно втянула воздух, но продолжала свою речь так, словно не слышала замечания сына:

— Мне кажется, мой план будет наилучшим решением проблемы. Это гораздо надежнее, чем возвращаться в Лос-Анджелес. Разве ты со мной не согласен? Только представь себе, как это здорово: здесь ты можешь начать свою жизнь буквально с нуля. И все здесь будет принадлежать тебе и только тебе: новый офис, новый дом. Да и сама жизнь закрутится по-новому, вот увидишь!

Ей никто не ответил, только малыш впервые за долгие месяцы крепко ухватил отца за руку. Си-Джей словно почувствовал, что его папочке сейчас очень требуется настоящая мужская поддержка.

Самолет начал заходить на посадку. Перл Паттерсон почувствовала некое удовлетворение. Пока все шло согласно ее плану. Шелдон, конечно, еще ни о чем не догадывался, но миссис Паттерсон уже все устроила так, чтобы им было, где остановиться в Майами. Впрочем, она надеялась на то, что сын, как всегда, повинуется ей и останется тут жить хотя бы на некоторое время. Перл заранее созвонилась с нужными людьми, которые подтвердили, что квартира, принадлежавшая компании, уже обставлена мебелью и подготовлена к встрече нового хозяина. Перл предусмотрела буквально все. В квартире Си-Джея уже ждали новые дорогие игрушки, а Шелдона — изысканная одежда. Как только эти двое окажутся в роскошной квартире, они сразу поймут, что здесь — и только здесь — находится их настоящий дом.

С тех пор как Перл Паттерсон овдовела, она стала развлекаться, совершая одно морское путешествие за другим. Поначалу ее это вполне устраивало, но в последнее время кое-что изменилось. В ее жизнь вошел джентльмен, о котором пока даже Шелдон ничего не знал. Перл надеялась, что их связь будет долгой и прочной.

Хэнку исполнилось семьдесят девять лет, и он был староват даже по меркам Перл Паттерсон. Однако ее это не останавливало. Хэнк являлся миллиардером, и если бы он женился на Перл, она сразу бы стала одной из богатейших женщин Америки. Хэнк совсем недавно овдовел. Умерла его третья жена, и Перл оказалась в первых рядах искренне сочувствующих ему друзей и знакомых. Однако Перл прекрасно понимала, что ей следует поторопиться. Пока Хэнк не оправился от горя, он оставался уязвимым, и этим можно было бы воспользоваться, заполучив богача в качестве выгодного мужа.

Как успела выяснить Перл, Хэнк не очень любил проводить время в обществе родственников, тем более чужих, а потому сажать себе на шею сына вместе с внуком было для Перл крайне нежелательно. Ей хотелось побыстрее уладить все свои семейные дела: оформить опекунство над Си-Джеем, заплатить необходимую сумму Джесс и, если понадобится, то и Софии тоже. После этого Шелдона и Си-Джея предполагалось отправить куда-нибудь подальше от дома, где они стали бы жить своей собственной жизнью и перестали бы ее без конца тревожить.

Постепенно страсти бы улеглись, и тогда Шелдон вернулся бы домой, в Лос-Анджелес. Тогда, может быть, настало бы время отдохнуть и самой Перл. Но все это виделось ей в такой далекой перспективе, о которой она пока решила ничего сыну не рассказывать. Ведь при любых обстоятельствах Перл в первую очередь всегда думала о собственном благополучии.

— Ну что ж, мальчики, похоже, мы прилетели. Я уверена, что здесь вам понравится! — И Перл заспешила к выходу, оставив Шелдона позаботиться о ручной клади. У нее оставалось впереди только двое суток, и за это время она должна была убедиться, что сын и внук надежно устроились в Майами. Самой же ей предстояло лететь назад к Хэнку.

Кембридж, Англия

Джесс испытывала состояние, близкое к «дежа вю». Она снова покупала билеты до Лос-Анджелеса, снова надеялась разыскать своего сына и вернуть его домой и снова, к сожалению, обладала лишь минимумом информации. Прошло время, но ситуация не изменилась.

Близилось Рождество, а о Шелдоне и Си-Джее никто так ничего и не слышал. Кей регулярно отправляла Джессике сообщения по электронной почте и каждый раз повторяла, что на девяносто девять процентов уверена в том, что в Лос-Анджелесе их нет, иначе она бы обязательно что-нибудь уже знала.

Тем временем центральной фигурой всех местных сплетен стала Перл Паттерсон. Ее неоднократно видели в компании недавно овдовевшего Хэнка Рашфорта, при этом Перл вела себя так, словно их свадьба считалась делом решенным. Джесс с удивлением узнавала от Кей последние новости. Оказывается, Перл серьезно задумала женить на себе Хэнка, чтобы самой отхватить хороший куш.

Итак, Шелдон и Си-Джей продолжали существовать где-то в иных мирах, Перл всецело занялась своим будущим, а официальные чиновники, похоже, отчаялись помочь Джессике и, по большому счету, наплевали на всю эту историю. Разумеется, время от времени они давали о себе знать, уверяя Джессику, что как только Си-Джей отыщется, они тут же окажут ей реальную помощь. Но вот только ничего существенного не происходило, и те, кто занимался поисками Шелдона, похоже, обменивались лишь бесконечными уведомлениями, справками и другими никчемными бумажками.