Комок мадьи над саркофагом пульсировал и переливался, скидывая с себя нити, которые тянулись к нему от окружающих камней.

— Итан, идем. Нам лучше бы выбраться отсюда, пока есть возможность.

И в этот момент Финик неестественным энергичным движением сел на каменной крышке. Лежал-лежал, а затем без усилий поднял верхнюю часть тела вертикально.

— Аыг! — прохрипел он и покрутил головой.

Сгусток над ним начал вроде бы рассеиваться. Но благодаря ожерелью я увидел, что на самом деле он все больше и больше втягивается в сидящего человека.

Мы остановились, но Кайел сразу же подтолкнул нас вверх.

— Идем-идем, все это известные трюки. Безумный чата-кан решил примерить человеческий облик. Ничего хорошего от этого ждать не приходится.

Эйх кивнул и шагнул вверх по лестнице, поддерживая Монга. Тот с трудом переставлял ноги, но уже приходил в себя. Я замешкался, формируя новый магический щит. Не верится, что мы сможем уйти отсюда просто так.

Финик неуверенно слез с саркофага и раскинул руки в стороны.

— Жшхара Жатрагха тальгх! — человеческое горло с трудом выдало эти звуки, но это была речь. Чата-кан что-то пытался сказать.

Остановился даже Кайел, поднявшийся уже на полкорпуса вверх по ступеням.

Финик свел руки перед собой и развел ладони. Мадья хлынула в его тело со всех сторон, заряжая для атаки. Он создал поток энергии, который исторгся из его ладоней и врезался в нас. Моя защита сгорела за секунду, и я словно погрузился в кисель.

Как в полусне, меня опрокинуло на пол, прижимая к нему и грозя сломать кости. Та же участь постигла остальных — их сбросило с лестницы и швырнуло прямо на меня.

Все тело стонало от боли и запредельной нагрузки, которую гнал на нас враг. Но сил или возможности сопротивляться не было — я мог получать мадью, но все попытки ее использовать были малоэффективны. Финик не обращал внимания на мои атаки, а только усиливал натиск. Наконец, когда я уже не мог вздохнуть, в глазах стало темнеть, пришлось бросить попытки сопротивления. Неужели конец?

Росчерком ладони чата-кан создал столб огня, который завис над полом и двигался, подчиняясь контролю мага.

Огонь подобрался к моей голове и я снова почувствовал нестерпимый жар, от которого хотелось убраться подальше.

— Умереть легко, — сообщил Финик подойдя ближе.

Я заметил, что лицо у него безжизненное и вялое, а глаза закрыты. Но в остальном он казался вполне обычным. Разве что переполненным мадьей — как воздушный шарик, ткни и лопнет.

— Очень хочу выйти наружу. Поможете или умрете, — проговорил он. — Ваши тела послужат мне и здесь. Развлекут. До вашей смерти и после.

Давление на меня чуть ослабло и я почувствовал, что снова могу использовать магию… ну или говорить. Я выбрал второе.

— Кто ты? — выдавил я. От жара и усилий горло ужасно пересохло.

— Юм, — и он открыл глаза. Они были совершенно обычные, но неподвижные. Чата-кан осваивал человеческое тело.

— Убьешь нас — останешься здесь еще на сотни лет, — предостерег я его. — Люди в этих краях редкие гости…

— Я говорю, — оборвал меня враг. — Отпущу сеть и вы сможете встать. Потом вместе пойдем наверх. Ты!

Он навел на меня палец.

Я потянулся в Кантр, накапливая силу для удара. Я уже приметил, как можно избавиться от гнетущего плетения и достать его самого, если повезет.

Но чата-кан усилил давление и я бессильно распластался по полу. Рядом глухо застонал Монг.

— Вам жизнь, мне свобода. Сделка? — безжизненное лицо Финика страшно оскалилось. Наверное, это должна была быть улыбка…

— Ладно же, сука, — просипел я, едва втянув в грудь воздух. — Выведем тебя.

Здесь, в этом подземном каземате у нас шансов не было никаких. Смерть стояла совсем рядом.

— Хорошо, — кивнул древний маг. — Прикрываешь меня как свою мамочку, понял? Раз холодное пламя не убило тебя, значит и я пройду. Если вздумаешь хитрить — эти, и он кивнул на моих попутчиков, умрут здесь. Идем!

Для страшного безумца чата-кан довольно складно говорит и логично мыслит. Что-то здесь не так. Может в старой истории что-то перепутано?

Он отступил шаг назад и прижимающий меня к полу груз исчез. Кайел следил за нами одними глазами в которых я уловил поддержку. Эйх лежал лицом в другую сторону, но, несомненно, тоже все слышал.

Тяжело поднявшись, я покосился на Финика, но тот махнул рукой, ступай мол вперед. Защитное плетение от холодного огня я использовал почти сразу — как только его поток хлынул сверху.

— Хорошо, — подтолкнул меня в спину чата-кан, оценив эффект. — Теперь бегом!

И мы рванули вверх, навстречу потоку леденящего огня. Мадья расходовалась невероятно быстро, но мы успели выскочить наружу, пробежав сквозь пролом в стене. И тут, это я понял чуть позже, сработала еще одна часть сторожевого плетения гробницы — с верха крыши сорвалось нечто похожее на густой ком серой ваты, который ударил Финика в спину, разворотив ее в кровавое месиво. Плоть и кости пробило едва ли не до грудины, позвоночник разбило в крошки — я увидел в ране белеющие фрагменты. Чата-кан безжизненно упал и застыл мертвой куклой. Да и невозможно жить, когда большей части торса не стало.