Венера внутри предательски хлопает в ладоши от счастья. Я же снаружи напоминаю себе безэмоциональную статую.

— Я не могу в это поверить, — и тут в моей памяти всплывает наш с Марсом разговор, когда он признался, что боится меня потерять. Мысли начинают путаться.

— Давай так, я бы не стал очернять сестру и участвовать в этом фарсе, — Дима ведет плечами и делает вид, что отряхает невидимую пылинку.

— Почему он сам не приехал?

— Кто? — Дима моргает и чуть хмурится.

— Максим! Почему не он? — я чуть наклоняюсь вперед.

— А ты бы стала с ним разговаривать? — Дима поднимает бровь. — И он тоже гордый. Не будет навязываться, если не нужен. Ты же сама сказала, что уходишь от него. И просила тебя не трогать.

Да, что-то такое припоминаю. Выпалила напоследок. Сама не понимала, кому больнее делаю.

— Он должен был приехать сам, — горечь обиды все никак не отпускает.

— Поговорим о том, кто кому что должен? — злобный прищур голубых глаз настораживает. — А ты? Ты ничего ему не должна? Например, дать шанс высказаться, объясниться? Да, у него свои тараканы в голове, но он не мудак! Если он сказал, что с тобой, значит он с тобой. Макс не бросается такими словами, — Дима тыкает пальцем в воздух в такт каждому слову.

— Он не говорил… — лопочу я.

— Да боже мой! Тебе еще расти и расти. Я думал, передо мной взрослая женщина стоит, а вижу подростка, требующего внимание только к себе! — Дима вскидывает руки и хватается за голову. Он делает несколько шагов туда-обратно и снова смотрит на меня. — Подумай о нем… только подумай. Макс все детство жил черти как. Его отец — бандит, который просирал деньги, угрожал матери, шантажировал самого Макса, а потом украл ту, что дорога ему больше жизни. Каково ему после этого? — он переводит дыхание и говорит уже тише: — Он поставил на уши всех. Весь свой отдел безопасности. И когда твой телефон включился, Макс, каменное лицо по жизни, чуть не расплакался от облегчения. Понимаешь?

Я молча обдумываю его слова, до боли закусив губу. Мне кажется, что да, я наконец поняла. Моргаю и словно наконец просыпаюсь ото сна. Вот я стою на улице посередине двора своего родного дома. А где-то там живет тот, кого я люблю. И я ни разу не пробовала бороться за свою любовь. Я все ждала, что он себя проявит, пойдет мне на встречу, и при этом бежала от него, боясь обжечься. А ведь он тоже нуждается в любви и заботе.

— И до сих пор не понимаю, как ты поверила в месть, — Дима говорит, не дождавшись от меня ответа.

— Я до последнего боялась… его мести, — произношу тихо. Я чувствую, что хочу все объяснить Диме. — Крутила эту мысль в голове. И все как-то так сложилось: его слова, поведение, эта маска из клуба. Четкое попадание Ани в мой страх, — вздыхаю и прикрываю глаза. — У твоей сестры хорошая интуиция, правда, — усмехаюсь. — Она все продумала. Все так четко совпало. Вообще, в плохое всегда легко верится.

Мы снова молчим, каждый в своих мыслях.

— Я пойду, — прерываю тишину и нетвердой походкой направляюсь к подъезду. — И да, Дима, спасибо тебе, — оборачиваюсь к нему. — Я… мне нужно подумать.

— Не затягивай с этим, — кивает он мне. — Макс… ему, правда, тяжело.

— Буду стараться, — я улыбаюсь самой себе.

Всю ночь ворочаюсь в кровати и не могу уснуть. План трудновыполнимый, но от этого еще более желанный, приходит в голову под утро. После чего я спокойно засыпаю, впервые за эту неделю.

— Есть дело! — утром я смотрю на экран телефона, откуда на меня с вылупленными глазами смотрят мои подруги.

— Дима приезжал, — изрекает Настя.

— Приезжал, и у нас будет отдельный разговор, — грожу пальцем Насте.

— Похоже, все это правда, — она прикрывает глаза. — Одна из официанток слышала, как Марс орал на ту стерву, когда не смог найти тебя, видимо. Она убежала в слезах. Они с Димой чуть не подрались из-за этого, после чего Марс и уехал. Только поэтому я помогла, — Настя пожимает плечами.

— Знаю, знаю, — машу рукой. — В общем, мне нужна ваша помощь. Я хочу помириться с Марсом. И это будет сложно.

Глаза загораются у обеих подруг.

Яркий свет от ламп на зеркале освещает мое отражение в нем. Сегодня я выгляжу иначе. На мне распахнутый длинный черный кожаный плащ черного цвета. Под цвет ему кожаное нижнее белье и высокие ботфорты. Образ максимально мне несвойственный. Но так задумано. Держим интригу до конца. Высокий хвост раскачивается при каждом шаге. Девочки-танцовщицы восхищенно смотрят на меня.

— Подожди, дай помаду поправлю, — мы снова с Женей в том же клубе. Моя Фея-крестная повторно собирает меня. — Промокни губы, — он кладет салфетку, и я зажимаю ее. — Умничка. Ну что, девочка моя, ты почти готова, — Женя хлопает в ладоши.