Я перевожу взгляд на Фрая, который разговаривает с Джеромо, и закусываю кулак, чтобы не лопнуть от смеха.

– Давай поговорим после, – сквозь зубы рычит Уэндел. – А сейчас просто наслаждайся едой и снимай свой гребаный фуд-блог!

Они говорят о чем-то еще, но кричащий рядом Коуэл мешает мне слушать.

– Полчаса, и я сваливаю, – рапортует Джеромо. – Мой отбой по расписанию в десять.

– Конечно, тебе же нужно еще время на дрочку, – шепчу себе под нос, рассматривая задницу Уэндел.

– Что? – переспрашивает Чарльз.

– Говорю, режим важен – это в точку.

Закусываю губу, когда рука Ханны скользит по бедру. Схватившись за край ткани, она оттягивает платье ниже.

Медленно поднимаю глаза, чтобы посмотреть на ее лицо, и вижу средний палец.

Гребаная усмешка слетает с моих губ, и я отворачиваюсь.

Девчонки возвращаются и усаживаются на свои места, привлекая наше внимание.

– Это моя лучшая подруга Мэйбелин, и она не любит, когда ей отправляют дикпики на почту! – сходу выпаливает Ханна, и это вызывает у меня смех.

– Очень приятно познакомиться. Я Фрай, но ты можешь называть меня просто «король оргазмов».

Мэйбл бросает на него пренебрежительный взгляд и, фыркнув, прикладывает палец к губам.

– Chocho26.

Коуэл не знает испанский, но его знаю я.

– Она сказала, что хочет меня? – шепотом спрашивает друг.

Я откашливаюсь в кулак и, наклонившись вперед, шепчу ему ответ.

– Можно сказать и так.

Улыбка на моем лице не вызывает у него подозрений. А вот Мэйбелин это явно веселит. Она звонко хихикает и, вытаскивая телефон из сумочки, начинает фотографировать еду.

– Эй, убери пальцы, мне нужно сделать снимок, – шикает она и отодвигает тарелку с ньокками подальше от Коуэла.

– Я собирался съесть их, красотка. Прежде чем приступить к десерту.

Под десертом он подразумевает ее, но Мексика игнорирует это.

– Всего несколько видео, и можешь съесть их вместе со столом, – отвечает она, не отрывая глаз от экрана смартфона.

Ханна начинает смеяться, откидываясь на спинку неустойчивого стула, и я за секунду успеваю схватить его, чтобы она не перевернулась.

– Ты ведешь блог на ютуб? – интересуюсь у Мэйбл.

Она молча кивает, проводя телефоном вдоль стола еще несколько раз, прежде чем заблокировать его и убрать обратно в сумочку.

– У меня блоги на всевозможных площадках.

– Интересно, – бормочет Джеромо. – Ты не снимаешь хоккей?

Мэйбл берет нож с вилкой и, пожимая плечами, разрезает свой стейк.

– Нет. Я снимаю свою жизнь. Но если вы пропустите меня в свою раздевалку перед игрой, я буду не против.

Уэндел фыркает и кидает в нее салфеткой.

– Все, что пожелаешь, – болтает Фрай, в его глазах сияют сердечки. – Я могу даже дать потрогать свой пресс.

– Прекрати это дерьмо. Ты портишь мне аппетит!

Ханна издает непонятный звук, напоминая маленького хомячка, в которого ткнули пальцем. Это вызывает у меня умиление.

– Скажи спасибо, что этот придурок не вывалил на стол свой член при виде твоей подруги.

– Зат-кнись! – она толкает меня в плечо, и я поворачиваюсь в ее сторону.

Голубые глаза проникают в меня, и я чувствую незнакомое покалывание под кожей. Дурацкое сердце ударяет о ребра, словно пытается сказать: «Это она!».

Ханна не моргает, она приоткрывает дрожащие губы и шумно сглатывает.

– Мне пора, – говорит Чарльз и громко отодвигает свой стул. – Я оплачу счет, веселитесь.

Уэндел подрывается и направляется за ним.

– Стой. Я проведу тебя.

Мои мышцы напрягаются, когда я вижу, как она уходит с этим ушлепком.

– Она хочет, чтобы ты ревновал, – мексиканский акцент привлекает мое внимание.

Перевожу взгляд на подругу Ханны.

– Я знаю эту сучку с начальной школы и никогда не видела, чтобы она смотрела на кого-то так, как смотрит на тебя.

– Этот мудила не может быть с ней. У него есть правило, – с полным ртом ньокков говорит за меня Коуэл.

– Заглохни. Ей не обязательно этого знать, – нервно рычу и отрезаю кусочек стейка.

– Что еще за правило? И как оно касается моей подруги?

– Брайан не встречается с девчонками, которые прыгали на клюшках других хоккеистов, смекаешь?

– Это не… – Мэйбл не успевает договорить, как Уэндел возвращается.

– Чарльз такой милашка. Он сказал, что договорится с моим отцом, чтобы мы вместе сидели в самолете.