Парень же руками развел лишь. Ну, надо, значит, надо, мол!

— Свидетели утверждают… — начал было Краснов.

— О, господин майор, — усмехнулся вполне искренне будущий «злодей». — Это когда это вы со мнением свидетелей ознакомиться успели?!

Брови его взметнулись в удивлении, а лицо приобрело дурашливые черты. Он явно откровенно насмехался над представителем власти!

— У вас проблемы, Демид Николаевич, — сухо заявил Виталий Игоревич, сложив руки на объемном чреве. — Я бы на вашем месте не был столь… беспечен!

— Вы пишите, майор Краснов, пишите! — только и отмахнулся парень.

«Оформление» прошло как под копирку. Все рассказали именно то, что требовалось, расписались, где полагается, и вообще отыграли на все сто.

— Попал ты Алексеев, — притворно вздохнул юный Третьяков. — Мы ж не тебе, а всему роду претензии предъявим!

Майор слегка поежился. Он участвовал и не в таких схемах, конечно, но все же… неприятно. Фактически, он сейчас обеспечивает повод для родового конфликта. И очень серьезно меняет баланс в сторону Третьяковых на начальном этапе.

Однако юный Демид Николаевич отчего-то не растерялся. Более того, он как-то легко рассмеялся.

— Смотрите, господа! — указал он на фасад банковского здания прямо напротив места ДТП. — Камеры наблюдения. Наверняка все записывают, да!

«Идиот!», — решил про себя майор, наблюдая за довольным лицом Алексеева.

Естественно, ни одной записи на них не останется к тому моменту когда представители рода парнишки попробуют из запросить.

Понимал это и сынок Третьякова. Ишь как заржал!

— Слово Третьяковых против слова Алексеевых! — констатировал он. — Как думаешь, кому поверят?

— Кареевым.

Заткнулись, казалось, все. Такими словами просто так не разбрасываются!

— При чем тут Кареевы? — даже слегка сбился со своего надменного тона сын замминистра. — С какой стати они полезут в разборку двух родов?!

И вновь эта ухмылочка.

— Виталий Игоревич, посмотрите, пожалуйста, имя владельца машины.

Заторможенно мужчина потянулся к стопке документов.

— Кареева Маргарита Эдуардовна. — Пересохшим голосом прочитал он.

Плохо стало сразу. Многим. Великий род во гневе — это действительно страшно!

— Итак, господа хорошие, — продолжил «алексеевский щенок», как его прозвал майор. — Моя версия: эта провокация была подстроена для атаки на род Алексеевых и род Кареевых, а так же союзный род Громовых.

Тишина стала воистину гнетущей. Однако молодой человек еще не закончил:

— Менталист же…

— Полученные им данные не могут быть использованы в суде! — тут же выкрикнул Третьяков-младший.

— Конечно нет, — мягко согласился Демид, вновь демонстрируя свою ухмылку. — А вот Великим родам такого доказательства вполне хватит! О, кстати…

Алексеев кивнул в сторону нескольких приближающихся джипов с гербами Кареевых на дверях.

Все взгляды вновь сошлись на юноше секунды через три. Он как будто даже смутился от такого внимание.

— Мобильная связь же! Ну вы чего?! — развел руками он.

А дело стремительно обретало очень хреновый вид. Как для майора Краснова и свидетелей лично, так и для рода Третьяковых в целом.

И даже протоколы уже не уничтожить, ведь «алексеевский щенок» перед менталистами подтвердит после, что они были. Великим этого будет достаточно даже для начала войны.

— Ну, как-то так! — вздохнул Демид и присел на смятый капот «Миаты».

Его и самого очень волновал вопрос как именно он будет объяснять все произошедшее Рите.

Глава 8

— Лежать, мля! Мордой в пол, с*ки!

И никаких вам «Не изволите ли?», «А не могли бы?» и уж тем более без всякого почтения к благородию его Владимиру Третьякову. Просто положили всех мордами на асфальт и вся недолга.

Причин такому обращению было две. Во-первых, Кареевы могли себе такое позволить, не слишком задумываясь об ответке и, во-вторых, это была не просто гвардия рода, а группа быстрого реагирования, натасканная лично Санни для особых нужд дорогих родственников. У Громовых таковые тоже имелись.

— Магомед. Бероев, — от любования столь радостным моему сердцу пейзажем отвлек спокойный голос с едва заметным гортанным акцентом. — Гвардия Кареевых.

Я обернулся. На меня смотрел невысокий, но плечистый и жилистый крепыш в черном камуфляже без знаков различия. Вооружен он был довольно стандартно — пистолет и автомат без следов тюнинга. Однако довольно нетипичное для большей части силовых структур расположение оружия сразу выдавало в нем человека, прошедшего аналогичную моей подготовку.