— Демид. Алексеев, — в тон откликнулся я, дружелюбно кивая в ответ.

Дружелюбие — вещь вообще полезная. С коллегой, почти наверняка, общаюсь. Да и в общем идея хамить вооруженным людям, которые с полным на то правом положили мордой в пол представителей не самого последнего семейство и парочку старших офицеров МВД, мне казалась не самой удачной. И это если забыть о том, что все это они проделали с показным удовольствием.

И мести не боялись ничуть. Имена Великих родов защищали бойцов покруче бронежилета. Конечно, ни одна Фамилия такими возможностями злоупотреблять не будет. Ведь помимо всего прочего есть и общественное мнение. А с ним шутки реально плохи. Но вот в данной ситуации действия кареевских гвардейцев были полностью оправданы.

Ныне же никто подобные действия не осудит. А лично я картиной так и вовсе наслаждался от и до.

С удовольствием прикрыв глаза я сосредоточился на том, чтобы как можно ярче запомнить приятные воспоминания. Когда еще доведется увидеть, как наследника Третьяковых так ткнут носом в его собственные косяки.

Это было очень красиво. Казалось, не успели еще остановиться в визге стираемых шин тяжелые внедорожники, как спецы рода моей напарницы уже распахнули дверцы и начали ловко брать ситуацию под контроль.

— Но позвольте! — попытался было возмутиться потный и толстый майор Краснов пока Третьяков и его охранник пытались сообразить, что именно происходит.

— Не позволю, — хмыкнул тот самый Мага.

— Но я наста… Ик!

Крепыш просто и незатейливо сунул кулак под нос майору. К тому времени его люди уже оцепили место событий и были вполне готовы к любым неожиданностям.

Полицейский заткнулся мгновенно. Только издал некий неопределенный звук. В смысле, я так и не смог понять, воспроизвел он его верхней или нижней частью туловища. Впрочем, в его случае они были весьма похоже, так что гадать смысла не имело.

— Вы понимаете с кем говорите?.. — Рявкнул Третьяков, заметив, что среди бойцов представителей рода пока что-то не видно.

Ему не ответили. Просто оттеснили от машины. Но пока относительно вежливо.

— Оружие, пожалуйста, — негромко попросил Магомед, обращаясь к телохранителю.

Тот попытался было что-то вякнуть:

— Но…

— Оружие. — терпеливо повторил кавказец, протягивая руку в сторону неудачливого «бодигарда».

Он явно не успел среагировать на изменение обстановки хоть как-то.

— Я бы попросил!.. — действительно попросил он.

Просьбу проигнорировали. Самым наглядным образом. Со внесением в личное тело. В области живота. Кулаком.

Распрямился здоровый мужчина в прекрасно сидящем костюме уже с оружием в руках. Благо держал он его за ствол таким образом, чтобы ни у кого и мысли в голову не пришло, что он куда-то там собирается выстрелить.

— Дебил, мля! — Удивленно прокомментировал этот маневр я.

Рядом хмыкнул один из бойцов, мое мнение разделивший полностью.

В такой ситуации доставать оружие в положении, когда иная сторона заведомо не сможет проконтролировать каждое твое движение… Ну что ж, безумству храбрых поем мы песню. Порой последнюю.

Этому повезло. Ребята все как один оказались с нервами крепкими и опытом богатым. А потому никто не пострадал. Хотя шансы на это кое у кого были очень велики.

Я насмешливо приподнял бровь. Естественно, таким образом, чтобы Третьяков обязательно разглядел мой посыл.

И того сорвало. Бывший однакашник буквально вызверился:

— Ты меня подставил! — взревел он.

И ладно бы он этим ограничился. Так он еще и рвануться ко мне попытался.

— В пол, — коротко скомандовал Мага в тот миг, когда один из его людей уже заканчивал довольно жестко паковать «аж самого сынка замминистра МВД РИ».

— Ну никакого уважения к папаше, — отчего-то выдал я, признаюсь честно, картиной наслаждаясь.

Ко мне обернулся Магомед. Оглядел с ног до головы и чему-то хмыкнул.

Я вопросительно приподнял бровь:

— Ну и чего? — поинтересовался негромко. — На мне узоров нет и цветы не растут!

Одна из «коронок» полковника Короткова зашла на ура. Не в смысле что все оценили искрометный юмор и попадали на земь, хватаясь за животы. Просто признали за своего. Это у нас, в иных случаях, как система распознавания «свой-чужой». Бероев слегка расслабился. Даже улыбку скупую продемонстрировать изволил. При должном напряжении фантазии ее даже можно было счесть дружелюбной.

Уже в путь. Я на радостях от состоявшегося знакомства даже предпочел не заметить знака, после которого, как минимум, двое, отвели оружие в сторону.