Ему снилась Джейн. Давненько уже она ему не снилась. Но то был не такой сон, где она голая лежала на кровати, как в первые дни после расставания. Флетч уже и забыл, когда она, или какая-нибудь шлюха с Отель-стрит, снилась ему в таком виде.

Этот сон был наполнен чувствами и оставил после себя лишь более сильное чувство утраты. Джейн снилась ему голой... на кухне. Она готовила самый лучший завтрак из всех. Полдюжины яиц средней прожарки на масле - всё, как он любил. Дюжина прожаренных кусочков бекона с каплями расплавленного сала на них. Стопка оладий толщиной с ладонь, обильно смазанные маслом, жёлтые, словно тигры, политые настоящим вермонтским кленовым сиропом. Тост из пшеничного хлеба намазанный домашним клубничным вареньем. Кофе столько, сколько он сможет выпить. Сливки. Сахар.

– О, боже!

Желудок урчал так громко, что Флетч проснулся. Он посмотрел вниз, чтобы узнать, не наделал ли он штаны. Не наделал. Один лишь бог знает, почему.

Капрал Такео Симицу вёл отделение в патруле по Кинг-стрит. Японские солдаты шагали прямо посередине улицы. За исключением рикш, велоколясок и случайных повозок, запряжённых лошадьми, иного дорожного движения не было. Ещё один прекрасный день в Гонолулу, не слишком жаркий, не слишком душный - в самый раз.

Взгляд Сиро Вакудзавы скользнул вправо.

– Я всё ещё считаю, это самая смешная вещь, что я видел, - сказал он.

– В зеркало давно смотрел?
– поинтересовался Симицу.

Всё отделение засмеялось над Вакудзавой. Но это был не злой смех, как в большинстве других подразделений. Симицу не старался задеть рядового. Он просто пошутил, и бойцы его так и поняли.

К тому же, Вакудзава был не так уж и неправ. Водонапорная башня, обитая листовым железом, похожая на гигантский ананас, была самой смешной вещью, что и сам Симицу видел в своей жизни. Всегда задумчивый ефрейтор Ясуо Фурусава сказал:

– Самое забавное, что она выстояла даже во время боёв.

Он тоже был прав. После бомбардировки Перл Харбора, японская авиация также бомбила портовый район Гонолулу. Башня Алоха, расположенная чуть ближе к берегу, лежала разрушенной. Однако водонапорная башня - самое уродливое строение во всём городе - устояла.

Патрулирование продолжалось. Японские солдаты и матросы в увольнении, расступались у них на пути. Так как Симицу был на службе, он мог бы потребовать у них документы, если бы захотел. У некоторых, вероятно, никаких нужных бумаг не было. Если бы капрал хотел поднять настроение своему командиру, следовало бы поймать пару таких "самовольщиков". Но Симицу был далёк от подобного поведения и не желал подлизываться к начальству. Он наслаждался моментом, почему остальным нельзя?

Гражданские кланялись. Симицу вёл отделение через один из стихийных рынков Гонолулу. Формально, такие рынки незаконны. Если бы он хотел создать проблемы продавцам и покупателям, то мог легко задержать и тех и других. Но, опять же, зачем? Всё должно идти своим чередом, к тому же капрал не понимал, каким образом торговля рыбой, рисом и кокосами, может кому-то навредить.

К тому же рынок располагался неподалёку от дворца Иолани. Если бы охрана имела что-то против, его быстро бы прикрыли. Симицу хихикнул. Японские солдаты и матросы стоявшие в карауле у дворца были точно такими же церемониальными подразделениями, как гавайцы, с которыми они служили. Для настоящей службы они, вероятно, не годились.

– Интересно, капрал-сан, винтовки этих гавайцев снаряжены боевыми патронами?
– спросил рядовой Вакудзава.

– По идее, не должны, но я слышал, что их им всё-таки выдали, - ответил ему Симицу.
– Мы притворяемся, будто у них настоящее королевство, поэтому не выдать им патроны будет оскорблением, разве нет?

– Полагаю, да, - сказал Вакудзава.
– А им можно доверять?

Симицу опередил ефрейтор Фурусава:

– Пока мы превосходим их числом, можно.

Всё отделение, включая Симицу, рассмеялось. Он и сам так считал.

– Здесь, как в Манчжоу-Го, только лучше, - сказал он.

Бойцы закивали, все прекрасно понимали, о чём он говорил. В Манчжоу-Го была своя настоящая армия и авиация, а не игрушечная, которую завёл себе король Гавайев. Однако солдаты и лётчики той армии подчинялись японскому командованию, а не марионеточному правителю Манчжурии. А если бы они раздумали подчиняться, у японцев там было достаточно собственных войск, чтобы раскатать их в блин.

Гавайцы выглядели внушительно. Многие были на голову выше своих японских коллег. Однако защищавшие Оаху американцы, были намного выше, чем Симицу и его боевые товарищи. "И что им это дало?", - подумал о них капрал.

Отделение Симицу продолжало движение. Сам он постоянно оглядывался на бойцов, чтобы убедиться, что те выглядят соответствующе. Ему ни разу не удавалось застать их за каким-то неподобающим занятием. Они постоянно смотрели впёред, а их лица ничего не выражали. Если их глаза и скользили то вправо, то влево, то лишь за тем, чтобы оценить какую-нибудь красотку в прозрачном летнем платье или короткой блузке. Симицу тоже на них смотрел. Ни одна женщина в Японии не позволит себе одеваться - или, скорее, раздеваться - подобным образом.