– Шестнадцать восемьсот, - педантично напомнил посредник.

– Шестнадцать восемьсот, - покорно согласился Карпас.
– Нам тоже сходу взять неоткуда! Оформление кредита займет время, а ведь ваш доверитель, хоть и грозит отказаться от сделки с нами, но кажется, предпочел бы уладить все быстро? – он остро поглядел на посредника - и наткнулся на совершенно нечитаемый, «мертвый», взгляд. Эк лицо-то держит - и где только такого взяли!
– но я позволю себе предложить выход, который устроит всех. Ценные бумаги!

Посредник промолчал. Он молчал, и молчал, будто прислушиваясь к чему-то в отдалении, и наконец разлепил брюзгливо поджатые губы:

– Ценные бумаги Путиловских заводов?

– Нет!
– выпалил Гунькин.
– Местные железо потеряли - им и возвращать. Вы получите пакет ценных бумаг «Южно-Русского днепровского металлургического общества», стоимость которых в течении двух - самое большее трех лет, достигнет шестнадцати тысяч рублей серебром. Ваш доверитель сможете продать их или оставить, и тогда в следующие два-три года их стоимость удвоится!

— Это вы меня хотите на два, а то и три года к благополучию ваших заводов привязать?
– вдруг совершенно живо и довольно-таки эмоционально вскричал посредник, и глаза его из тускло-серых вдруг стали карими, а потом и вовсе черными. Сплошняком, без белков! И тут же все исчезло.
– То есть... моего доверителя...

«А этот его... доверитель, кажется, изрядно о себе мнит, если полагает, что кому-то может захотеться привязать его к заводам.
– подумал Карпас.
– Любопытно, на пустом ли месте подобное самомнение? Или не на пустом?»

– Чтоб виталийцам продать, ему еще дольше ждать придется, потому как мы все рынки отслеживать станем.
– вмешался Гунькин.
– И ежели, где какая неучтенная партия железа появится - немедленно сорвем сделку!

– При контрабандной продаже вы тоже получите изрядно меньше, поверьте моему опыту. Выбирайте, сударь, или не такая уж великая сумма разом и риск стать жертвой хоть полиции, хоть контрабандистов или чистое, законное состояние в течении двух-трех лет, - закончил Карпас.

Посредник снова задумался, замерев на стуле в абсолютной, будто неживой неподвижности. Потом вздрогнул, как очнувшись:

– Мой доверитель согласен: если пакет бумаг будет таким, чтоб самое большее через три года вышла сумма в двадцать четыре тысячи.

Гунькин и Карпас переглянулись, помолчали. Kapпac согласно наклонил голову. Гунькин душераздирающе вздохнул, нервно покрутил стакан с лимонадом, вздохнул еще раз и тоже кивнул. На лице посредника не отразилось ничего - ни радости, ни торжества. Он просто поднялся и снова собрался уходить.

– Погодите!
– запротестовал Гунькин.
– А как... когда вы отдадите наше железо?

Посредник снова задумался, едва заметно шевеля губами, будто советуясь сам с собой:

– Сколько времени вам нужно, чтоб подготовить ценные бумаги?
– наконец спросил он.

– На чье имя прикажете выписывать?
– осторожно поинтересовался Карпас.

Посредник в очередной раз замер и с неожиданной неуверенность ответил:

– Пусть будут... как это... на предъявителя? Без имени. Такое возможно?

– Конечно!
– вдруг с энтузиазмом вскинулся Гунькин.
– При таких условиях дня три-четыре хватит, верно, господин Карпас?

– Верно, - осторожно согласился Карпас.

– Что ж, на третью ночь ждите на пристани возле ваших складов, и, если все в порядке, получите свое железо, - решительно заключил посредник.

– Сударь, если вы думаете, что сможете просто сообщить нам местонахождение нашего железа, и получить оплату, то вы изрядно ошибаетесь! Мы не отдадим ничего, пока не будем уверены...

– Я выразился ясно - вы получите железо.

– Оно что, до сих пор на драккаре? Бы пригоните его прямиком к пристани?
– напрягся Карпас.

– Господин Kapпac, разве я спрашиваю вас как вы уладите вопрос о ценных бумагах с другими членами правления? Пусть и вас волнует лишь окончательный результат:

«Эк он ожил! Разговорился.» - Kapпac неприязненно поглядел на посредника.

– Драккар — это интересно, готландские драккары - чудо кораблестроения! Путиловским инженерам было бы весьма любопытственно.
– вмешался Гунькин.
– Надеюсь, его вы тоже включили в нашу сделку? А то ведь сумма-то немаленькая.

– Напрасно надеетесь.
– качнул головой посредник.
– У драккара есть хозяева.