Хайтауэр заговорил до того, как Корт успел прервать вызов.

— Корт, «Сьерра-шесть» был одним из нас, но ты больше не с нами. Твое кодовое имя больше не «Сьерра-шесть», а «Нарушитель», как было раньше. Ты снова враг, если тебе хочется свести счеты. Первый, конец связи.

Зак повесил трубку. Корт лежал в канаве, как полуиздохшая собака, — больной, обманутый, обезоруженный и проигравший. Он потерпел неудачу. Он продолжал лежать, пока солнце полностью не показалось над водой на востоке. Тогда он медленно встал на четвереньки и пополз к дому, держа голову пониже на тот случай, если Зак до сих пор наблюдал за ним в телескопический прицел с вершины плато.

Луна ушла за горизонт; Красное море отражало и усиливало свет миллиона звезд, но Джентри не хватало света, чтобы увидеть «Ханну» с такого расстояния. Он прищурился, глядя на юго-восток и следуя указаниям локатора GPS у себя на ладони. Оставалось менее одной мили, и он заглушил двигатель жесткой надувной лодки, рассчитанной на четырех человек.

GPS также подсказывал ему, что он находится в четырех милях от берега, но он не видел земли в темноте. С выключенным двигателем он находился посреди всеобъемлющей пустоты, водной глади во всех направлениях.

Океан не был спокойным. Он безмолвно вздымался и опускался, хотя и без белых гребней на вершинах волн. В темноте можно было скорее чувствовать, чем видеть, и время от времени отблески с водной поверхности освещали холмы и долины, холмы и долины темной воды, колебавшейся под напором подводных течений Красного моря.

Это был долгий день. После прибытия в пансион для любителей дайвинга, он не обнаружил там никого, кроме мужа и жены, владевших заведением. Немногочисленных западных гостей забрали и отвезли для долгих допросов в Порт-Судане: НСБ раскинула свои сети в поисках похитителей президента. Корт оказал датским супругам величайшую услугу, какую он мог представить. Он направил на них свой «Глок», а потом связал их в столовой пансионата. Он знал, что суданцы найдут рядом тело своего президента, и тем более понимал, что пожилых людей подвергнут допросу. Если бы Корт так или иначе сделал их своими сообщниками после убийства, то они бы давали противоречивые показания и могли оговорить самих себя. Кроме того, было весьма вероятно, что НСБ установила подслушивающие устройства на маленьком западном курорте.

Поэтому Джентри сыграл роль кровожадного маньяка, вопя и отдавая приказы испуганным европейцам. Он забрал у них еду, воду, пикап и небольшую моторку с навесным мотором и снаряжением для дайвинга, даже не кивнув в знак благодарности. Потом проехал десять миль к югу на пикапе, подождал до темноты у мангрового болота и направился к «Ханне» по координатам трекера GPS.

Он знал, что двое выживших членов группы «Виски-Сьерра», кроме Зака, уже эвакуировались из региона вместе с остальной командой. Джентри надеялся, что Хайтауэр все еще на суше и ищет его, но Зак мог и вернуться на «Ханну». В конце концов, у него была мини-субмарина, поэтому ничто не ограничивало свободу его передвижений. Корт хотел попасть на «Ханну», чтобы бежать из Судана. Его предыдущая идея о переходе границы превратилась в фантазию. Когда найдут тело президента, местность станет совершенно непроходимой.

Поэтому Джентри отправился на охоту за яхтой с целью украсть ее и направиться в безопасное место, хотя ничего не знал об управлении яхтами.

Лодка Корта медленно продвигалась вперед, GPS-трекер показывал, что яхта уже недалеко, так что Джентри ожидал высокую волну, которая поднимет его и позволит увидеть цель.

В четверти мили от него образовался темно-серый силуэт. Ни одного огонька на борту.

Никого нет дома?

Корт прикрепил к запястью холщовый мешок, где лежал его «Глок-19» с семью оставшимися патронами, складной нож и спутниковый телефон в пластиковом водонепроницаемом пакете.

Потом он закрепил на плечах регулятор плавучести поверх уже надетого кислородного баллона. Надел маску, дыхательную трубку и ласты. Несколько раз вдохнул воздух через регулятор и скользнул в теплую воду.

Пока он плыл, сосредоточился на своей цели, чтобы отвлечься от душераздирающей боли в левом плече — боли, которая постоянно находилась там и выскакивала на передний край его сознания с каждым следующим гребком.

Вскоре его мысли уплыли в сторону и обратились к мелочам из материалов Зака или Сида, которые он просматривал во время подготовки к операции. Одна конкретная деталь тогда казалась незначительной, но теперь приобрела всепоглощающее значение.

Вест-индская акула, белоперая акула, серая рифовая акула, акула-молот. Четыре разновидности акул, распространенных в Красном море.

Корт плыл дальше, раздраженный тем, что не может выбросить из головы перспективу быть сожранным голодной рыбой.

Он оставался прямо под поверхностью воды и время от времени сверялся с компасом на часах чтобы убедиться, что продолжает плыть в нужную сторону. Через десять минут он тихо всплыл на поверхность и подождал гребень следующей волны для лучшего обзора. Яхта находилась примерно в семидесяти ярдах впереди.

Когда он начал опускаться между волнами, нос яхты привлек его внимание. Название на черном борту было выведено белыми или желтыми буквами.

Арабскими буквами.

Какого черта?

Корт никогда не видел «Ханну», но был уверен, что она не была замаскирована под арабское судно. Нет, более чем уверен. Зак сказал ему, что они выдавали себя за австрийцев. Это было бы трудновато сделать на яхте с арабским названием.

Джентри по собачьи подплыл ближе и прищурился, стараясь прочитать надпись. С сорока ярдов он мог видеть буквы, но его навыки чтения на арабском были еще хуже, чем разговорные.