— Слушаю вас, — сказал он по-русски.

— Это Грэй. Вы нормально слышите меня?

— Мистер Грэй, где вы?

— Я вернулся в Эль-Фашир. Сейчас я в безопасном месте, но не останусь здесь надолго.

— Что случилось?

— Ничего, о чем стоило бы беспокоиться. Немного сбился с пути.

— Сбился с пути?! Мистер Грэй, это неприемлемо! Вы поставили под угрозу весь ход операции! В ФСБ очень недовольны.

— Ничего не поделаешь.

— Мои люди поговорили с пилотом. Вы покинули аэропорт, чтобы спасти женщину. Женщину!

— Вашему пилоту не следовало улетать без меня.

— Женщину! — повторил Сид.

— Тут была более сложная ситуация…

— Это очень серьезная угроза для нашего рабочего графика.

— Нет проблем.

— Как вы можете говорить «нет проблем»? У нас не запланирован другой рейс в Хартум до отъезда президента Аббуда на побережье Красного моря! Как вы собираетесь…

— Вы можете вернуть самолет в Эль-Фашир?

— Да, я организовал перелет. Самолет вылетает сегодня из Белоруссии. Но мы можем только вывезти вас из страны. У пилотов больше не будет посадок в Судане.

— Нет надобности приземляться в другом месте.

— Не понимаю.

— Возьмите ручку и бумагу. Мне понадобится кое-какое снаряжение на этом самолете, если я собираюсь продолжить операцию. Пусть ФСБ поможет вам все собрать. Не беспокойтесь. Это мелкое недоразумение скоро будет забыто.

— Если они не приземлятся, то как вы…

— На обратном пути им понадобится летный план, который предполагает часть маршрута над Красным морем. Они могут это организовать. Теперь записывайте.

На другом конце линии послышалось шуршание.

— Подождите… Так, я готов.

Корт продиктовал список необходимых вещей, Сидоренко записывал за ним, как прилежная секретарша. Когда он закончил, русский босс шумно выдохнул воздух.

— Вы сможете это сделать?

— Конечно.

— А пилот… он сможет это сделать?

— Поговорите с ним, когда мы будем находиться в воздухе. Убедите его буквально следовать моим инструкциям.

— Да, разумеется, — Сидоренко больше не сердился. В его голосе снова зазвучали звонкие ноты взволнованного предвкушения. — Но это будет… опасно для вас.

— Вас заботит мое благополучие?

— Естественно. Я… я просто хочу знать, как еще можно вам помочь.

— Что-то еще?

— У меня был человек, который должен был доставить вас на автомобиле из Хартума в Суакин. Если мы продолжим так, как вы предлагаете, то вам придется пересекать местность в одиночку и пешком. Вы не похожи на типичного суданца.

— В том регионе есть племя светлокожих арабов. Рашайда. С близкого расстояния фокус не пройдет, но если кто-то увидит меня в автомобиле или идущим по полю, когда я буду в местной одежде и тюрбане, то может принять меня за рашайда, если не станет присматриваться.

— И вы готовы поставить на это свою жизнь?

— Так я обычно и делаю, — небрежно ответил Корт.

— Поразительно, — прошептал Сидоренко.

Наступила долгая пауза. Сид думал, что американец отреагирует на его комментарий, но тот лишь сказал:

— План остается в действии. После моего приземления больше никаких контактов до завершения работы.

— Да. Но человек, который собирался доставить вас в Суакин, служит там в городской полиции. Иногда он работает осведомителем для ФСБ. Он может обеспечить вас полезной разведывательной информацией. А я могу организовать встречу.

Корт обдумал предложение. В том, что касалось операции Сида, он на самом деле не нуждался в полицейском осведомителе. Но для операции Зака? Для операции «Ночной сапфир» определенно пригодится еще один источник информации о раскладе сил на местности.

— Договорились.

— Пожалуйста, мистер Грэй, запомните одну вещь, — назидательным тоном произнес Сид. — У меня есть женщины для вас. Много красивых женщин. Оставьте в покое тех, что вы найдете в пустыне; когда вы вернетесь, у вас не будет недостатка в женщинах!

Корт вздохнул.

— И почему я не подумал об этом?

Корт прислонился головой к фанерной стене комнаты. Он понимал, что ему нужно позвонить Заку, но до последнего оттягивал этот момент. Он знал, что получит фирменную выволочку от своего бывшего командира. И не ошибся.

После третьего звонка Зак ответил; на этот раз он обошелся без любезностей.

— Какого хрена, парень?

— У меня вышла задержка.

— Задержка? В самом деле? Хорошо. Я рад, что все обошлось, поскольку еще минуту назад я беспокоился, что мои гребаные часы спешат на двое суток!