– Понравилось, как он помог? – горько усмехаюсь.

– Сереж…, - из глаз Маши потоки слез брызгают.

– Это так просто, Марусь. Взять и рассказать всё, - опускаю голову. Поверить не могу. Это явь? Наша с ней действительность? – Я ради тебя всё бы сделал… Всё что угодно… Я старался создать те условия, которых ты заслуживала. Маш, я старался, как мог, - развожу руки в стороны. – Думаешь, мне нужно всё это было? Я хотел только тебя и сына. Остальное для вас! Чтобы вы жили в нормальных условиях. Чтобы отдыхать могли, где и когда ты хотела. Чтобы вы ни в чем не нуждались… Не спорю, я уставал, поэтому и срывался к друзьям иногда, но ты меня пойми, многое из происходящего мне тяжело было принять. Думаешь, легко было от места в следственном отказаться, ради того, чтоб у ног твоих собачонкой сидеть? Я боялся, что как только войду в график, Наталья Леонидовна тебя у меня заберет, - не слишком-то я и ошибся. Ты же её во всем слушалась.

– Я знаю, Сереж… Мне так жаль… Если бы ты знал, как мне от самой себя было противно… Безумно. Но страх за тебя был сильнее. Я, правда, никогда бы себя не простила, - Маша обнимает себя за плечи. Всхлипывает. – Я никогда тебе не рассказывала, старалась об этом не думать… В юности я подслушала её разговор с Руфицким-старшим и ещё одним мужчиной, они обсуждали, что кого-то нужно убрать. Мама обещала мне, что всё в прошлом, но когда она начала тебе угрожать, я поняла – она не перед чем не остановится. Прости меня, за то, что я так поздно всё поняла. Мне, правда, жаль. Очень…

Я кожей чувствую её состояния. Хочу обнять, но не могу. Боюсь.

– Я не хотела тебе рассказывать. Надеялась, что ты не узнаешь! Не хотела падать в твоих глазах ещё ниже. Но я не могу с этим жить. Так болит… Думаю об этом постоянно. Меня не отпускает прошлое. Психолог говорит, нужно рассказать, тогда полегчает. Я извиниться перед тобой хочу. Те снимки, я специально хотела оттолкнуть тебя. Знала, что это единственное чего ты мне простить не сможешь. Всячески старалась убедить тебя… Показать, как мне хорошо с Марком…

Обхожу Машу. Подхожу к стене и на пол опускаюсь. Будто все силы выпустили. Она права. Я любил её так сильно, что всем словам верил. Обещала заявление о разводе забрать? Верил, несмотря ни на что. Полгода каждый день верил. Вот, в этот раз точно заберет. Каким же ослом надо было быть? Собирала вещи, а после в любви признавалась? Я верил.

Упираюсь затылком в стену и глаза прикрываю. Тут же перед глазами физиономия Руфицкого появляется. Вернее, то, как я её в кашу превращаю.

Она после всего этого обижалась на меня за то, что я его избил? Как такое возможно? Почему она такая наивная?

На ощупь достаю телефон из кармана. Слегка приоткрыв веки, нахожу в записной книжке номер нужного человека.

Подняв голову, смотрю на Машу, замечаю, как она дрожит.

С какой гнилью в душе нужно жить, чтоб так обидеть собственного ребенка? Не укладывается, никак в моей голове не укладывается!

Бездна молчания превратила нашу действительность в ад.

Всего-навсего нам поговорить нужно было.

– Тох, здоров, - начинаю, как только знакомый трубку берет. – Помощь нужна твоя. Должен буду.

В ответ смешок слышится.

– Привет, Серег. Ну, давай попробуем.

– Организуй мне встречу в Сизо. С Руфицким.

Маша издает какой-то жутковатый звук. Секунда и она уже рядом со мной стоит, на колени опустившись. Руки просящее складывает.

– Сереженька, не надо! Пожалуйста, не надо!

Она не представляет, что со мной делает. И близко не представляет.

– Серый, ты уверен? Я всё понимаю… Но он до сих пор на тебя всем подряд жалуется. Второй раз спустить на тормоза не факт, что получится. Ты же понимаешь? За него и так просят убедительно.

– Я знаю, - меньше всего мне сейчас нравоучения нужны. Лучше с этим козлом поговорить, чем Машу пугать, ещё сильнее. Дрожит, как лист на ветру. – Постарайся на днях организовать. Дело срочное к нему есть.

– Как знаешь. Утром завтра жди дату и время.

Тоха не согласен, но и не спорит.

После первого раза заява Маркуши далеко не пошла. Даже если сейчас что-то изменит, мне похер.

Маша опирается ладонями о мои колени, наклоняется к моему лицу.

– Сережа, прошу тебя, не надо. Я не хочу, чтобы у тебя неприятности были. Я не для этого рассказала! Я хотела извиниться. Хотела, чтобы между нами недосказанности не было. Мне нужно, чтобы ты меня простил! Сейчас ведь все нормально. Я стараюсь! Посмотри! Я ведь меняюсь! Ты должен это видеть во мне! Для меня это важно…