— Так может оно и лучше? Всяко Великому князю служить почётнее, нежели бабе.

— Поговори мне ещё, — беззлобно отмахнулся я. — Лучше скажи, знаешь где хутор Рыбацкий находится?

— Нет, — немного подумав, покачал головой он. — Прости, боярин, не знаю.

— Это который недалеко от земель Дёминых? — поинтересовался Вторуша, который тоже ехал рядом и грел уши.

— Он самый, — кивнул я.

— Знаю где это.

— Отведёшь меня туда. Сейчас только домой заедем. Снарядиться надо.

— Снарядиться? — заволновался десятник. — Боярин, битва будет?

— Не знаю. Но ты, Михалёв, в усадьбе останешься. И остальные бойцы тоже. Мне только проводник нужен.

Предварительный план по освобождению Егора сформировался у меня почти сразу. Ну как план? Скорее идея. Простая до безобразия. И участие бывшей Младшей ветви рода Дёминых в этом не предполагается. Незачем их под князя чужого подставлять. С двумя легионами такими силами всё равно не справиться. Только людей положу. Тут проще самому под невидимостью пробраться и Зареченского выкрасть. Для начала. А потом думать, что делать с князем. Судя по всему, в покое он меня всё равно не оставит.

— Так дело не пойдёт, боярин! — сбил меня с мысли Михалёв.

— Как так?

— Ты, значит, в бой пойдёшь, а мы тебя дома, в тепле и уюте ждать станем? Что же мы тогда за воины такие, что своего господина бросим?

— Это даже не обсуждается десятник, — твёрдо произнёс я. И поднял руку, не дав ему заговорить снова. — Подожди! Ты же меня в бою видел? Видел. А я после Суда Богов ещё сильнее стал. Вы мне там только мешать будете. Лишь погибнете напрасно.

— Значит, погибнем, — пожал плечами он. — Такова воинская доля, за боярина своего погибать. И лучше так, чем одного тебя на битву отпускать. Сами себе не простим.

— Да не собираюсь я воевать! — повысил голос я, начиная злиться. — Проникну незамеченным. Осмотрюсь и постараюсь Егора выкрасть.

— Егора? — удивился Михалёв. — А кто его скрасть умудрился?

— Князь какой-то приезжий. Потому и хочу один пойти. Не надо ещё и вас под удар подставлять.

— Боярин, мы тебе клятву давали! — заговорил вдруг Вторуша. — Наши жизни — твои. Не обижай нас такими словами.

— К тому же, если мешать тебе будем, то в бой не полезем, — добавил Михалёв. — Но отход прикроем, если что. Мало ли… И Вторак прав — мы клятву дали! Куда ты, туда и мы.

— А если я по бабам соберусь? — сдавшись, хмыкнул я.

— Тогда тем более с тобой, — с серьёзным видом кивнул десятник. — Мало ли…

И мы все втроём заржали. А на душе стало чуточку легче.

— Боярин, а почему ещё не хочешь своих воинов взять? — чуть позже осторожно поинтересовался десятник.

— Ещё? — улыбнулся я. — Да я и вас не хотел брать. Тем более кого-то другого.

— Почему? — настаивал он.

— Почему… — вздохнул я. — Может потому, что они мне ещё не присягнули?

— То не важно. Всё равно ведь присягнут.

— Ну ты сам представь, Михалёв, — начал злиться я. — Люди из-за меня дома свои покинули. Из рода ушли. Да, да, я знаю что там в роду последнее время творилось. В том и проблема. Они ушли в надежде на лучшую жизнь, а я их сразу в безнадёжный бой кину!

— Почему в безнадёжный? — удивился десятник. — У нас подготовка очень хорошая. Да ты и сам, боярин, должен был видеть, когда усадьбу штурмовали.

— У князя этого два легиона под рукой. Один свой и один Великокняжеский.

— Великокняжеский? Тот что на землях Ульчинских стоит?

— Вроде он.

— Да не может быть такого, боярин.

— Почему?

— Да потому что не может! — разгорячился Михалёв. — Даже я понимаю, что если Великокняжеский легион другому князю подчинится, то остальные князья этого не потерпят. А ведь такие легионы у всех стоят, у кого земли пограничные. Так что вряд ли, боярин.

— Хм… — задумался я. А ведь верно. Отчего тогда так Сабля испугалась? Нет, понятно, что я для неё в принципе никто. Молодой боярин, который сегодня есть, а завтра его может и не быть. И ничего особо не изменится. И ссориться из-за меня с другим князем никто не будет. Но всё же… Неправильно это. И сейчас во мне не обида говорит, а понимание того, что остальным её боярам такое тоже может не понравится. Только у твоего человека проблемы появились и ты, вместо того чтобы заступиться, выгоняешь его пинком под зад. Странно. Очень странно. Почему-то мне Саблеслава казалась другой. Может у этого князя какой компромат на неё есть?

— Так что, боярин? — снова заговорил десятник. — Может кликнуть ещё воинов?

— Нет, не стоит, — покачал я головой. — Нам и одного легиона хватит за глаза. Лучше всё же попробую Егора по-тихому выкрасть.

— Даже если получится, то потом что? Князь ведь не успокоится… А если он на наш новый посёлок нападёт?

— Слушай, Михалёв, а ты всегда такой умный был? — посмотрел я на него.

— Ну, как бы… — вдруг засмущался он. — Прости, боярин, что лезу не в своё дело.

— Да не извиняйся, — отмахнулся я. — Мне безыинициативные люди не нужны. Точнее, нужны. Но не все. А ты как-никак уже до десятника дослужился.