— О, пирожки! — обрадовался Большаков, перехватывая корзинку. — А с чем?

— Пф! — неожиданно фыркнула Васька. — Уж что-что, а без пирожков Маркус точно как-нибудь проживёт. Тем более от тебя.

— Не тебе, приживалка Дёминская, мне указывать, — без особых эмоций отмахнулась от неё девица. Видимо Васькины слова её не особо задели.

Зато Василиса определённо разозлилась. Вначале она закаменела лицом и сжала кулачки. А затем во все стороны повеяло холодом. Да так сильно, что наш столик моментально покрылся инеем. Не льдом, конечно, как у Ивана Васильевича, но тоже довольно показательно.

Я напрягся, боясь, что Васька долбанёт эту девушку какой-нибудь техникой, да и прибьёт нафиг. Но обошлось. Прикрыв глаза, сестра сделала несколько вдохов-выдохов, а затем резко поднялась со своего стула и провела первоклассный апперкот в челюсть незнакомки.

— Бум! — упала без чувств девица.

В столовой на пару секунд все замерли, посмотрев в нашу строну. Но убедившись, что продолжения не планируется, снова вернулись к трапезе.

А к нам от входа заспешил Наблюдатель с помощником.

— Я бы на твоём месте эти пирожки не ел, — негромко сказал я Витославу. — Мало ли, вдруг отравлены.

— Кха! — подавился друг, который уже успел куснуть выпечку за румяный бок.

— Боярышня Дёмина? — дошёл до нас Наблюдатель. — С вас штраф в один золотой рубль, за драку без вызова. Оплатите в течение недели в казну гимназии.

— Оплатим, — опередил я Ваську.

— Хорошо, — без особых эмоций кивнул Наблюдатель и пошёл на своё место. Его помощник за это время успел взять вырубившуюся девушку на руки и куда-то потащил.

— Маркус, я и сама могу заплатить! — возмутилась сестра.

— Перестань, — остановил я её возражения. — Мы семья.

— Спасибо, — немного помолчав, тихо произнесла Василиса.

— А это вообще кто? — решил я уйти от неудобной темы.

— Подруга! — фыркнула Васька. — Бывшая. Как узнала, что я с тобой от Дёминых переехала, так сразу нос задирать начала. Вроде как и не боярышня я теперь.

— Вот дура! — со смешком произнёс я, желая поддержать сестру.

— Ага, — обрадовалась она и заулыбалась.

А Витя с жалостью разглядывал пирожок, не понимая, что с ним теперь делать. То ли всё-таки съесть, а то ли не рисковать. Но додумать и вволю погрустить ему не дали. Чуть в стороне, ближе к выходу их столовой, началась драка. Причём началась крайне неожиданно и, я бы сказал, оригинально. В нашу строну от какой-то отмороженной девицы полетели несколько острых предметов. И если десертный нож прошёл в стороне, то вилку я едва успел поймать напротив головы Большакова.

— Да что ж такое? — глядя на чуть не убивший его столовый прибор, простонал друг. — Сегодня явно не мой день.

— Ага, — автоматически кивнул я, вглядываясь в начавшуюся заварушку.

К счастью, колюще-режущими предметами кидались не в нас. Точнее, не целенаправленно. Девица целилась в парня, что сидел за соседним от неё столиком и ловко увернулся от всего брошенного. И в данный момент она успела к нему подскочить и пыталась мощными ударами ногами отправить в нокаут. А он довольно удачно уворачивался, не спеша бить в ответ. Лишь что-то эмоционально выкрикивая на незнакомом мне языке.

— Это кто? — слегка ошарашено спросил я у друзей, которые были совсем не удивлены устроенным представлением.

— А, — махнула рукой Киска, — это греки. Они уже не первый раз дерутся.

— Они не греки, — поправил её Витя, всё ещё сверля взглядом пирожок и вилку. — Она амазонка, а он спартанец. Это разные царства.

— Но этнически они оба греки? — не сдавалась Ханна.

— Этнически да, — чуть подумав, кивнул Витослав.

— А чего они дерутся-то постоянно? — чисто из спортивного интереса уточнил я, глядя на то, как два Наблюдателя скрутили неугомонную девицу и тащат её к выходу. А спартанец что-то весело кричит им в след, да ещё и довольно неприличные жесты показывает.

— Так их царства воюют уже много лет, — пояснила Киска.

— Весело, — хмыкнул я. — Раньше как-то в гимназии спокойнее было.

— Это ещё что! — вдруг хохотнул Витослав. — На прошлой неделе два негра притащили на кухню живую кошку и попросили её приготовить. Сказали, что такой вид кролика ещё не пробовали. Так их старшая повариха, тётя Глаша, черпаком отходила. А кошка теперь где-то тут бегает. Говорят, что тётя Глаша даже с директором из-за неё спорила.

— А негры что? — рассмеялся я.