Клюв резко катнул гранату по асфальту. Подпрыгивая, экзотический шестисотграммовый рубчатый «плод» покатился к «мерсу».

— Ты что? — снова заорал охранник. На этот раз громко.

Его голос услышали все: Брюнет, Ершов, Купцов, Петрухин и даже водитель Брюнетова джипа… Граната прокатилась мимо телохранителя. Он стоял столбом, бледный. Граната подкатилась к ногам Брюнета и остановилась.

— Ф-1, — сказал полковник Ершов. — Граната.

— Кранты, — тихо сказал Голубков. Он смотрел на «фрукт» и не двигался с места.

— Вот уж х…, — выкрикнул Петрухин. Он размахнулся и ударил по «феньке» ногой, как футболист бьет по мячу.

— Падай, — закричал Купцов и рухнул на асфальт.

Сверху на него навалился Брюнет. Петрухин резво отпрыгнул за «мере»… Грохнул взрыв.

Грохнул взрыв. Спустя секунду ударил пистолетный выстрел. Второй, третий… четвертый.

— Готов, блядь такая, — сказал полковник Ершов.

Петрухин выглянул из-за «мерса» и увидел, что герой-полковник стоит с пистолетом в руке и победно улыбается.

— Сильный ход, — сказал Петрухин. Валентин Петрович улыбнулся и подмигнул Петрухину: знай, мол, наших.

Клюв лежал на спине метрах в двадцати от них. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: мертв. На поребрике сидел Влад и держался руками за голову. Возле него лежала не взорвавшаяся граната. Влад держался за голову, раскачивался из стороны в сторону и тихо матерился.

— Очень сильный ход, Валентин Петрович, — повторил Петрухин.

Как на меня Купец посмотрел, я и вспоминать не хочу. И ведь возразить нечего: два дела — два трупа. Оба раза по моей инициативе, так сказать… А что возразишь? Что скажешь? Что я не хотел смерти Саши Т.? Верно, не хотел, и к окну я его не толкал — сам прыгнул. Только это на самом деле не оправдание… Я ведь и в напарника своего, Костю Лущенко, стрелять не собирался. А теперь он живет в темноте и пьет каждый день… Вот ведь как интересно выходит: Костю я не хотел делать инвалидом. Но сделал… Сашу Т. я не хотел убивать. Но убил. Невольно, но убил.

И смерти Слепого Киллера я тоже не хотел. Я хотел только его ареста. Сейчас мертвый Слепой Киллер лежит на асфальте в красной липкой луже.

— Сильный ход, Валентин Петрович, — сказал я полковнику Вале. И… встретился глазами с Купцом… Ну не хотел я! Не хотел! Ну что мне теперь — самому застрелиться?

Но Ленчик мне ничего не сказал. Посмотрел хмуро — и ничего не сказал. Стрельнул у перепуганного водителя «мерса» сигарету и закурил, облокотившись о капот… А ко мне подошел Брюнет.

— Я, — говорит, — ни хера не понял. Что это был за камикадзе? Что это вообще за шоу?

Я пожал плечами. Я ничего не стал объяснять… А что тут объяснишь? Я-то имел в виду совсем другое шоу, с названием «Наркоман-хулиган с УРГ {учебная ручная граната. По форме и весу ничем не отличается от боевой. При использовании имитирует взрыв звуковым и дымовым эффектом}». Свежая тема, не захватанная. Не какой-нибудь вам «Танец с саблями». Но полковник Ершов мой сценарий переписал, и получилось нечто такое, чему и названия не придумать… Я ничего не стал объяснять. Сказал только:

— Надо вызывать милицию. И обговорить в деталях, какие будем давать показания.

Брюнет кивнул.

— А Валентину Петровичу, — добавил Ленька, — нужно бы немножко протрезветь… Большая часть вопросов будет именно к нему.

Но Валентин Петрович оказался человеком классической ментовской закалки — он уже и сам трезвел на глазах. Удали никакой в нем больше не наблюдалось, а пистолет как будто жег руку… как это он попасть-то в Клюева умудрился? Наверное, потому что пьян. Попроси-ка его трезвого такой выстрел повторить… Девять из десяти, что ничего не получится. Аи да товарищ Ершов… стрелок, бля, ворошиловский! А я-то думал, что он только стакан держать умеет. Да еще конвертики получать от Брюнета.

Самым трезвым и спокойным из нас был, конечно, Леня. Он выкурил сигарету, позвонил в РУВД, а потом провел инструктаж:. Основной мыслью инструктажа было: полковник тов. Ершов, отражая нападение неизвестного вооруженного террориста (не больше — не меньше), сделал сперва предупредительный выстрел вверх. Представившись и предупредив террориста о противоправном характере его действий, тов. Ершов В. П. предложил преступнику добровольно сдаться. Однако неизвестный вырвал чеку из гранаты и замахнулся. Тов. Ершов произвел прицельные выстрелы на поражение… всем все ясно?