Помощник князя разинул рот, но деваться ему некуда. Сам понимает, что нежить в Граде может создать нам большие проблемы. И вся надежда на старых егерей, что уже имели дело с монстрами из потусторонья. Много серебряных пуль и железное очко. Ну и я собственной персоной.

Так и договорились.

Через пару дней мне предложили совершить экскурсию на верфи. По-здешнему плотбища. Они идут одна за другой по западному берегу острова. Вавчуга в целом имеет пересеченный рельеф. Может, поэтому здесь так популярны сады. Огороды устроить сложнее, да и свободного места не так много. Каждый клочок используется. Вон там сохнет привезенный лес. Дальше расположена кузница, дымят трубы, черными конусами лежит уголь. На верфях трудовой процесс не прекращается ни на час. Рабочие трудятся летом круглые сутки. Зимой можно будет передохнуть.

Мне же интересен сам процесс. Набор остова корабля и постепенное превращение его в настоящую лодью. В Беловодье все суда строятся из дерева. Это потом часть из них обшивают железом, в основном боевые и походные лодьи. Здесь же на плотбище одно судно строится за другим, как на конвейере. Кто-то из более технологичного мира подсказал? На воде уже стоят лодьи с готовыми корпусами. Там рабочие возятся с машинами, палубой, мачтами и рангоутом. Красят, покрывают лаком, делают последние штрихи перед сдачей. Суровые на вид представители заказчиков внимательно изучают новоделы. Но зазря не придираются. Ругани неслышно, все деловито и собранно.

Мы одни из виденных ходим здесь вооруженные. Я то и дело ловлю на себе любопытные взгляды аборигенов. Редко кому разрешают передвигаться по острову с оружием. Значит, мы лучшие союзники и друзья вавчуган. А самые известные из них егеры. Так что наша принадлежность к тем не вызывает у местных особых сомнений. Поэтому встречают нас в целом благожелательно. Разве что предупреждают, куда соваться не следует. Строительство это вам не тут и даже не там! Как говорится — Не стой под стрелой!

Труд механизирован. Козловые паровые краны, небольшие повозки, работающие на «моторном масле», грузовые автомобили разной грузоподъемности. Только успевай изворачиваться. Но знакомство с главным заработком островитян того стоит. Нигде больше я не видел подобного размаха. Изящные насадные лодьи, универсалы перевозок по реке. Хищные обводы боевых насадов и ошкуев, здесь делаются самые лучшие из них. Пузатые туловища барж паузков. Даже учанам и стругам нашлось место на верфи.

Перекусить нас пригласили в управление верфи, что расположилась в версте от завода среди садов. Трапезная устроена под навесом прямо на улице. На столах жареная птица и неизменная рыба. Жить на воде да без рыбы не можно! Напротив меня за столом уселись трое мужчин. Трое из ларца, одинаковы с лица! Это три брата хозяева самой большой верфи острова и представители Плотбищенского конца. То есть достаточно влиятельные люди на острове.

Высокие, дородные, с русыми бородками в косоворотках браться Саввины здорово смахивали на купчин со старинных лубков. Недоверчиво на меня посматривают, но гостеприимны. Старший предлагает:

— Отведайте-ка, милейшие, нашей знаменитой вишневой наливочки.

Получив от нас знак одобрения, он машет рукой. Дородная деваха с толстой русой косой сноровисто наливает нам в кубок темно-красный напиток. Будто бы ненароком она задевает меня своей внушающей уважение грудью. Под тонкой тканью нет более ничего, и жар девичьего тела буквально ошпаривает меня. Вот чертовка! Вон как своим масляным глазом обволакивает. Это у них традиция такая — под гостя девку подкладывать?

Мы неспешно дегустируем вишневку. Деян крякает:

— Добре!

Мне также наливочка понравилась. В меру терпкая, в меру сладкая. В полуденный жар лучше и не надо. Лето входит в силу, погода радует. Я ставлю опустевший стеклянный бокальчик на стол.

— Хорошо!

Старший брат улыбается и делает знак. Снова я ощутил упругость девичей груди. Откровенно соблазняют. Среди егерей евнухов нет. Насколько ведаю, эти парни своего не упускают. А во многих волостях вдоль реки нет слишком строгих нравов. Ни ислам, ни христианство не испортили славянский любвеобильный дух. Это мужняя жена в чем-то ограничена. Девки вольны заводить связи себе на утеху. Например, среди русландцев женщины пользуются теми же правами, что мужчины.

— Тогда откушайте, гости дорогие, заодно и поговорим о делах наших грешных.

Последние слова выдают, что братья христиане. Хотя христианство на острове своеобразное. И уж точно трактуется весьма вольно.

Меня уже предупредили, что браться Саввины одни из основных участников будущего совместного рейда. Так что им можно кое-то рассказать. Особенно о том, что нашлось в найденном нами граде. Мы вчера со Светозаром долго рассуждали, чем можно завлечь владельцев верфи и большого количества грузовых барж. Затем князь отбыл по делам в Русланд. Нам требовалось подкрепление от дружественных ватаг. Поход такого масштаба — мероприятие весьма затратное по ресурсам. Мы его сами не потянем. А вот купцам и работникам требуется хорошая защита.

— Говоришь, цех в граде не один?

— Ну да. И в первом же мы нашли паровоз, станки и даже вот это.

Я кладу на стол сверток со сверлами. Часть их отправили в Верхоянск, часть оставили для показа здесь. Рассказывать все-таки одно, а щупать руками совсем другое. Братья с интересом изучают инструменты из иного мира. И заметно, что любопытство у них профессиональное. Они знают зачем нужны сверла и что от них требуется.

— Знатная справа, — задумался младший брат Саввиных, самый дородный из всех. — Много там еще любопытного?