Вот это сила-силища! Меня чуть не пригнуло к земле. Оборачиваюсь на друже, они также ощущают себя неважно. Пересвет весь скривился. Бородач также качается и морщится. Это они специально так гостей встречают? Включаю «радар», благоразумно спрятав его за защитные решетки. Так и есть! Сила, гнетущая нас, идет с того пригорка. Делаю в ту сторону несколько шагов. Между толстенных кедровых стволов виднеется синь камня-оберега.

Вот кто тут шалит! Ну и мы не лыком шиты. Сооружаю в голове прозрачный щит, прикрыв сначала себя, затем друже, после сопровождающего. Он нам живчиком потребен. Деян трясет головой, косится на меня:

— Твоя работа, перунец?

— А то ж! Но нехорошо так друзей встречать. А, Щерба?

Бородач довольно осклабился:

— Любят они попужать нашего брата. А ты силен, бродяга!

Щерба — доверенное лицо Саввиных, не последний человек в их кругу. Так что мы надеемся на его связи. Он машет рукой, и мы дружно выдвигаемся по узкой тропке куда-то вверх. Проходя мимо камня, я внезапно понимаю, что ни фига он не чаровный. Это кто же умный создал из него банальный передатчик? Тут же снимаю защиту и включаю «радар». Но немедленному поиску ставит препоны резкий окрик:

— Кто посмел вмешаться в чары священного камня?

Я с интересом уставился на худого до безобразия мужичка. В конце своего кроткого спича он под моим пристальным взглядом дал петуха.

— Ты об этом булыжнике?

— Да как ты…

Дрыщ замечает мое настроение и осекается. Видимо, дошло, что мы непростые гости.

— Нехорошо, Ченей, гостей встречаешь.

Дрыщ оборачивается и замечает Щербу. Его рот кривится, но делает вид, что рад ему.

— Так не ждали никого, болярин! А меня кличут, кто-то важный едет без спроса. В последние дни зачастили к нам всякие. Все дурман-траву ищут.

Я интересуюсь:

— А что, нет у вас таковой на острове?

Ченей насупился:

— Отродясь не было! Это все наветы завистников! Знахарское зелье варим, тем и спасаемся.

Я внимательно смотрю на дрыща, и тот под моим взглядом окончательно теряется. Не привык, что гости так себя ведут. Еще бы. Ты их сначала пугаешь, к земле пригибаешь, а потом напускаешь на себя таинственности, чтобы те сговорчивей были. Но мне с ним чинится некогда, так что обойдется.

— Веди меня, мил человек, к тому, кто камнем сим управляет. И не вздумай обманывать. Накажу.

Для острастки «бью» дрыща ментально. Раз он живет здесь, то должен стать чувствительней. Ченей охает и пригибается, бросая откровенно испуганный взгляд.

— Щерба, зараза, ты кого сюда привел?! Сказано же, колдунов нельзя.

— А они и не волхв вовсе, а Перунец, святой человек. Сама Матушка его благословила, а Владыка отправил сюда.

Вот тут дрыща проняло. Только что ноги не отнялись и не сверзился с тропы. Интересно, за кого он меня принял?

— Ладно вам издеваться над убогим! Ченей, брысь отсюда!

Перед нами встала женщина. Таких на Руси звали бой-бабами. Высокая, крепкая, загорелое лицо можно даже назвать симпатичным. Но мой взгляд ей не понравился.

— Вежливые гости так себя не ведут. Зачем убогого обидел?

Считаю, что политесов достаточно и потому жестко её обрываю.

— И хорошие хозяева так гостей не встречают. Веди меня к нему. Или принудить?

Коса нашла на камень, но упрек молча проглатывает. Баба кивает и поворачивается. Шли мы по узкой тропе между разлапистых кедров минут десять. В стороне остался небольшой поселок. Судя по избам и виду немногочисленных людей, живут здесь зажиточно. Ну да, нет у них дурман-травы. Как же!

— Пришли. Тебе туда!

Взгляд у дамочки недобрый, так мне с ней детей не крестить. Выпорол бы её хорошенько, чтобы место свое знало! Внезапно ловлю себя на мысли, что этот мир меня здорово изменил. Дома бы я так и подумать не смел. Бить женщине нехорошо. Но пороть, пожалуй, иногда стоит! Вот такой вот когнитивный диссонанс.

Силу я учуял уже на подходе к беседке. Дьябло, этот человек её все это время прятал за ментальным щитом. Густые каштановые волосы, знакомый профиль.

— Костя!

Каково встретить человека, которого давно похоронил в своем мире. Ведь именно ему я обязан всем этим. Новой жизнью черте знает где, здоровьем и второй молодостью!

— Олежа! А я все думаю, когда ты меня посетишь!

Мы крепко обнялись, и затем я отстранился, чтобы рассмотреть своего давнего друга получше. Мы ведь с Костей знакомы еще с детства. А выглядит он прекрасно! Я помню такое лицо, только это было тридцать лет назад. С ума сойти! Живой и молодой. Эх, что мы тогда в нашей дворовой компании вытворяли! Юность — ты лучшая пора.