— Но хорошие фотографии она тоже делала. — Мэри смотрит через стол на Тамсин. — Моих детей, например, и твоих тоже, да, Тамсин?

— Да. — К моему смятению, глаза Тамсин наполняются слезами. — Я все еще тоскую по ней.

— Прости, — виновато говорю я. — Не следовало тебя о ней расспрашивать. Просто мне хочется — ну, не знаю, — сделать ее реальной, почувствовать, какой она была. Вдруг это поможет мне решить, оставаться тут или нет?

Тамсин тянется за салфеткой и сморкается.

— Надеюсь, ты останешься. Хорошо, что в доме опять кто-то живет и он не стоит как мавзолей.

— Спасибо! — Я оживаю, потому что ее слова прозвучали очень искренне.

— Ева говорила, ты узнала об убийстве от журналиста? — продолжает Тамсин.

— Да, все так.

Она берет сумку и, порывшись в ней, достает новую пачку салфеток.

— А что точно она сказала?

— Спросила, каково это — жить там, где произошло жестокое убийство, — отвечаю я, припоминая, что я говорила Еве, потому что не хочу попасться на лжи.

— И это все?

— Да. Я сказала ей, что не понимаю, о чем она говорит, и она посоветовала мне погуглить убийство Нины Максвелл.

— Она сообщила свое имя? Из какого она издания?

— Нет. — От вопросов Тамсин мне становится не по себе. Она знает, что я лгу?

— А откуда ты знаешь, что она журналистка?

Она знает, что я лгу.

— Я… я не знаю, я предположила это, потому что кто еще это мог быть?

— Тамс! — мягко говорит Мэри. — Хватит. Элис уже не по себе от твоих вопросов.

— Прошу прощения. Я просто терпеть не могу, когда суют нос не в свои дела, опять вытаскивают все на свет, когда мы только-только сумели с этим сжиться.

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, — легким тоном предлагает Ева. — О Рождестве, Хеллоуине или как мы пойдем к Мэри на ужин в пятницу. — Она смотрит на нее: — Ты же нас приглашаешь, Мэри?

Мэри смеется:

— Спасибо, что напомнила. Тамсин, Элис, вы свободны в пятницу вечером? Я Еве вчера говорила про ужин, и они с Уиллом свободны. Надеюсь, вы тоже.

Тамсин не отвечает — смотрит в окно, погрузившись в свои мысли.

— Тамсин, вы с Коннором свободны в пятницу? — снова спрашивает Мэри, чуть громче.

— Что? — Тамсин встряхивает головой, словно разгоняя в ней туман. — Да, а что?

— На ужин ко мне придете?

— Да, будет здорово, спасибо.

— А ты, Элис? Вы с Лео свободны?

— Думаю, да.

— Дашь мне знать, когда поговоришь с ним?

— Да, спрошу его сегодня вечером.

Вскоре они уходят, и я, убирая со стола, размышляю о приглашении Мэри. Я бы пошла с удовольствием, потому что не хочу упустить шанс побыть в дружеской компании, к которой принадлежали Нина и Оливер. Мне интересно понаблюдать за отношениями пар, увидеть, как они общаются друг с другом, узнать их всех получше. Есть вещи, которые я не до конца понимаю: например, почему они утверждают, что Нина и Оливер были так безоблачно счастливы. Если это правда, почему он убил ее? Вспомнив, как Ева говорила, что Лорна все видела, я решаю зайти к ней.

У себя в кабинете я переодеваю футболку, которую умудрилась запачкать соусом, беру ключи со столика в холле, открываю входную дверь — и оказываюсь лицом к лицу с Томасом Грейнджером.

Глава 16

ОН ИСПУГАЛСЯ НЕ МЕНЬШЕ МЕНЯ. Роняет руку, поднятую было к звонку. И отступает назад, будто ждет выволочки.

— Простите, мисс Доусон. — Он примирительно поднимает ладонь: — Я ухожу, все в порядке.

— Подождите минуту, — отвечаю я, и он останавливается, уже свернув к подъездной дорожке. — Вы говорили, что расследуете убийство Нины Максвелл.

Он поворачивается ко мне:

— Верно.

— Почему сейчас, когда прошло больше года после ее смерти?

— Я расследую его с тех пор, как ее муж покончил с собой. Но пришлось сделать перерыв, потому что я не мог получить нужную информацию. Ведь я частный детектив, персона нон грата для полиции.

— А какая информация вам нужна?

Он смотрит мне в глаза, выдерживает мой взгляд. В прошлый раз было так же, я вспомнила. Мне хочется отвести глаза, но я не могу. Его взгляд словно завораживает.

— Боюсь, я не готов обсуждать это, стоя на пороге.

Сейчас или никогда. Если я не приглашу его войти, он больше не вернется. Я открываю дверь шире.

— Благодарю. — Он входит в холл. — Я очень признателен вам за то, что вы согласились поговорить.

Я веду его через гостиную, удивляясь, как это я впустила в дом незнакомца. Пусть он и элегантно одет — легкий костюм, бледно-голубая рубашка без воротника, — однако он может быть убийцей. Может быть убийцей Нины. Я достаю из кармана телефон, держу его в руке. Предлагаю ему стул, но сама остаюсь стоять у дверей. На случай, если потребуется быстро выйти.