Изабель усмехнулась.

— То есть вы попросили их присматривать за мной?

— Можете называть это как угодно, но мне будет гораздо спокойнее, если они будут рядом.

— Кстати, про родителей! — воскликнула Изабель. — Я ведь совершенно ничего не знаю о вас. Раз уж мне приходится участвовать в этом фарсе, то необходимо хоть немного узнать историю вашей семьи. Было бы странно, если в разговоре с другими выяснится, что я не имею ни малейшего понятия, кто они и где.

Даймонд удивился, что сам не подумал об этом.

— Вы абсолютно правы! Это мое упущение. К сожалению, сейчас для этого нет времени. Думаю, единственная возможность поговорить будет после ужина, так как завтра ранним утром я уже уеду.

— После ужина, так после ужина, — пожала Изабель плечами и, встав из-за стола, отправилась в свою комнату.

У Изабель голова пошла кругом от изобилия разных тканей. Судя по их количеству и качеству, Ланкастер не пожалел денег для ее будущих нарядов. Портным оказался француз, произносящий слова с характерным акцентом. Помимо тканей, Месье Жаме так же привез несколько готовых платьев. Изабель выбрала пять из них. Купить больше она постеснялась. Еще он выложил перед ней две дюжины нижних сорочек из тончайшего шелка, несколько теплых накидок, шарфов, поясов и тому подобного. Внутри себя Изабель даже испытывала благодарность к хозяину дома. Освальд никогда не делал для нее ничего подобного. Только Мелиссе он дарил дорогие подарки. Сейчас же она чувствовала себя настоящей леди.

На примерку и выбор фасонов платьев ушло более двух часов. Позже к Изабель пришла экономка. Она показала замок, рассказала какие блюда предпочитает есть хозяин и его гости, когда привозят товары и сколько припасов вмещают кладовые. Изабель внимательно слушала и старалась всё запомнить.

С делами было покончено перед самым ужином. Для выхода к столу, Изабель решила надеть новое платье. Оно было сшито из красной порчи, отделанной серебряной тесьмой. При её появлении в столовой Даймонд даже открыл рот. Он не сводил с неё глаз, пока она не заняла место за столом. Всё это не ускользнуло от пытливых глаз Беатрис. В эту минуту она ещё сильнее ненавидела Изабель.

Сэр Ричард выразил восхищение прекрасным видом мисс Далкейт.

После ужина все переместились в гостиную, чтобы выпить чаю. Там уже горел камин. Женщины уселись на два дивана возле небольшого столика, а мужчины заняли место у камина. Только Беатрис находилась в мужской компании.

Изабель успела познакомиться с остальными двумя дамами. Они сопровождали своих мужей и с удовольствием вступали в обсуждение фасонов модных в этом сезоне платьев.

Так как Изабель сидела лицом к камину, то легко могла наблюдать за мужской компанией, при этом не отвлекаясь от разговора. Ее внимание привлекло поведение Беатрис. Та стояла рядом с Ланкастером и не сводила с него глаз. Она как-то неестественно громко смеялась и несколько раз прикасалась к нему. А если он обращался к ней, то её щеки покрывались румянцем. Для Изабель было очевидно — Беатрис влюблена в Даймонда. Но судя по его поведению, он этого даже не замечал.

Изабель перевела взгляд на Аврору. Понимает ли та, что творится с её дочерью? Но Аврора сидела спиной к молодым людям и не могла как-то выдать себя и то, как относится к выбору Беатрис.

Вдруг, Ланкастер отделился от своей компании и подошёл к Изабель и ее компании.

— Милые дамы, мне придется ненадолго похитить у вас мисс Далкейт. Надеюсь вы позволите мне это сделать?

Дамы заверили его, что на правах родственника он имеет полное право переговорить с ней.

Изабель послушно шла за Даймондом, пока они не вошли в кабинет. Комната была обставлена с такой любовью, что это сразу бросалось в глаза. Горящий огонь в камине создавал в кабинете ещё более приятную обстановку.

— Здесь очень уютно, — не удержалась Изабель от восхищённого замечания.

Даймонд довольно улыбнулся.

— Это то место, где я больше всего люблю проводить время.

Он подошёл к столу и взял с него свечу.

— Пойдёмте, я вам кое-что покажу.

Они подошли к стене напротив входа, а затем Даймонд поднял руку, освещая висевшую на стене картину. Перед Изабель предстала молодая пара. Молодая женщина сидела на кушетке, а за ней стоял мужчина. На вид им было не больше тридцати лет.

— Это мои родители, — объяснил Даймонд. — Томас и Иоланда Ланкастер. Спустя год как художник изобразил их на этом полотне, их не стало.

При этих словах на лице герцога отразилась глубокая печаль.

— Сколько лет вам тогда было?

— Пять.

Изабель почувствовала, как сжалось ее сердце. Она вспомнила кончину своих родителей. Ей тогда было семнадцать, а Мелиссе четырнадцать. Но в отличии от Ланкастера, большую часть своей жизни она провела с ними и хорошо их помнила.

— Мне очень жаль, — смотрела она с сочувствием на красивую пару изображенную на холсте.

— В то время многие в замке умерли от оспы. Так же умерли мои дедушка и бабушка. Меня успели увезти в дом семьи Труа. Отец попросил своего лучшего друга позаботиться обо мне. В то время Ричард потерял первенца. Они с Авророй взяли меня в свою семью и растили как родного сына. Когда же мне исполнилось шестнадцать, я вернулся в родовой замок. Ричард позаботился, чтобы домом и моих владениями управлял толковый и надёжный управляющий. Поэтому когда я вернулся, тот всё передал в мои руки.

— А есть ли ещё какие-нибудь родственники? — спросила Изабель, памятуя о том, кем он ее представил.