– Да прекрати ты со своей логикой, Миф! Я жизнь не хочу терять из-за твоей логики! Ты что, первый раз ночью плывешь? Не знаешь, маяки у нас работают или нет? – надрывался Алексей Алексеевич, не ожидая ответа.

– Конечно, первый! Если б я знал, разве спрашивал? Сразу бы сам сориентировался! – возмущенно ответил Миф и смачно сплюнул в озеро.

– И к наскальным рисункам первый раз идешь? – взвизгнул еще громче организатор поездки.

– Конечно, первый! Много ли клиентов, таких как вы, в такую даль на два дня? – парировал злобно капитан.

– Так как же ты нам про наскальные рисунки будешь рассказывать, если их сам не видел никогда? – кричал Алексей Алексеевич сквозь шум усиливающегося шторма.

– Я рисунки в Индии видел. Думаю, что здесь то же самое. Нам бы их найти сначала, а рассказать я вам расскажу, – пронять Мифа было невозможно ничем.

– Ладно, хватит! Сколько нам идти до выхода в открытое озеро? – внезапно сменил тон на спокойный Алексей Алексеевич. Это был уже другой Алексей Алексеевич – сосредоточенный, напряженный. Все в его облике выражало готовность бороться за свою жизнь до конца.

– Если все нормально, то не более часа.

– Николай, пойдем спустимся в каюту, надо посоветоваться, – предложил хладнокровно Алексей Алексеевич.

Тревогу и решительность прочитал в его глазах Николай и молча последовал за организатором круиза.

– Наше озеро, Николай, опасней любого моря. С такой командой в шторм (а он, по моим предположениям, уже тянет на пять баллов, а в открытом озере – прибавляй смело еще два балла) спастись шансов мало. Надо принимать решение.

– Надо возвращаться, – произнес Николай твердо. Он давно хотел это предложить, но что-то его останавливало. Коля находился как во сне. Ему не верилось, что это все происходит с ним наяву: этот Миф, этот матрос, керосин, очки, двигатель, шторм, маяк… «Так не бывает в жизни», – думал Николай, но сейчас в одну секунду все превратилось в страшную реальность.

– У нас одно мнение, – улыбнулся с облегчением Алексей Алексеевич.

Они поднялись на палубу и подошли к капитану. Миф сидел на корме, держал рукой руль и при этом как-то безвольно раскачивался, повинуясь направлению волн. Лодка казалась маленьким поплавком на громадных волнах, она находилась в полной власти рассерженной на весь белый свет стихии.

– Миф, ты что, спишь? Совсем рехнулся, придурок?

Миф с трудом открыл глаза, и путешественники увидели, что он… пьян. Рядом в ведре лежала пустая бутылка из-под коньяка.

– Матрос! Матрос! Посторонние на борту! Что это за люди? – завопил капитан.

Маня, вся в слезах, потеряв самообладание, стала отчаянно бить Мифа по щекам, приговаривая:

– Мефодьюшка! Не притворяйся! Разыграл гостей, и ладно! Они решили назад разворачиваться! Без денег семью оставишь, негодяй! Проснись ты, в конце концов!

На матроса было жалко смотреть: она в бессилии стучалась в широкую грудь мужа своими маленькими кулачками, пытаясь спасти благополучие семьи.

– Матрос! Принимай команду на себя! Шторм – лучший учитель для начинающего матроса! Спасешь корабль – значит, ты настоящий матрос! А я пошел спать. Устал я от всех вас! – коверкая непослушным языком слова, еле выговорил капитан.

– Как нам развернуть парусник? – строго спросил Николай.

– А денег заплатите? – нагло улыбнулся Миф.

– Заплачу и премиальные! – крикнул нетерпеливо Николай.

– Даете слово? – оживился капитан.

– Возврати нас в бухту, придурок, и заплатим сполна! – заорал Алексей Алексеевич, теряя терпение.

– Матрос, выполняем разворот по команде три! Раз, два, три! – Миф резко повернул руль до отказа, а Маня с помощью невольных помощников перекинула паруса.

Яхта накренилась, но не развернулась.

– Почему не получилось?

– Ветер сильный встречный, да и руль у меня только аварийный, – ответил вяло, сквозь пьяную дрему, Миф.

– А где основной руль, придурок? – еще сильней заорал Алексей Алексеевич.

– Не кричи на меня, а не то спать пойду! Сами здесь, умники, воевать будете с волнами! Основной руль итальянцы сломали, сволочи! В аренду взяли мою красавицу и сломали. Так и не заплатили! – всхлипнул жалобно Миф.

– Да они тебе три стоимости руля заплатили! А ты все пропил, алкоголик! Прибила бы сейчас же, если бы не дети! – отреагировала, не выдержав жалобных речей любимого, Маня.

– Сейчас не надо его прибивать! Дома разберетесь! Есть ли другие способы разворота? – спросил строго Алексей Алексеевич.

– Есть, но они опасные! – заметил нехотя капитан.

– А разбиться о скалы не опасно? – вскричали в один голос путешественники.

– Ладно, тогда вставайте по номерам, и на три делаем разворот, – вдруг оживился Миф.

Припадок его алкоголический депрессии сменился яростным возбуждением. Все мысли путешественников были направлены только на спасение. Четыре раза новая команда «Фимы» мужественно осуществляла попытку за попыткой развернуть яхту против ветра, и небеса вознаградили усердие путешественников: с пятой попытки яхта взяла курс назад, в заветную бухту спасения.