Хлада спокойно смотрела на красавца Песко и думала про себя: «Да, уж! Такому зазнайке, как ты, я в последнюю очередь тайну общения с червями раскрою…». Но в ответ на признание спокойно сказала:

– Зов у меня из сердца исходит, и обучить ему я пока не ведаю как. – и, меняя тему, добавила, обращаясь к Петру. – А по сиялкам в пузырях могу подсказать вам бoльшую хитрость.

Пётр удивлённо вскинул брови:

– Надо же! Ты даже и это можешь придумать?

– Так уже придумала, – спокойно улыбнулась Хлада. – Надо внутри сети немного этих пузырей развесить, и тогда не одна рыбина, а многие бросятся на сиялок. Вот и наловите за один раз полную сеть.

Все четверо рыбаков восторженно ахнули. Даже Песко смотрел изумлёнными глазами на Хладу и качал головой.

– Вот ведь, деваха какая смышлёная! – воскликнул Яка, один из рыбаков, что был на полголовы даже выше Петра, и хлопнул его по плечу своей огромной ладонью.

– Ты уж поаккуратнее своими ручищами то! – хохотнул другой рыбак, Трюн, – Так весь дух из вожака вышибешь, и новое дело не испробуем с ним!

Мужчины дружно рассмеялись, и только Хлада лишь слегка улыбнулась, и, перекрывая смех, спросила:

– Вы же без меня в большую чёрную воду не пойдёте?

Все разом смолкли, и Пётр с широкой улыбкой заверил:

– Ну, куда ж мы без тебя в таком важном деле-то? Да и сиялок расставлять, верно, тебе и придётся. Ты же юркая да гибкая, а у нас все мужики словно глыбы каменные. Разве такие на скале удержатся?

И снова под навесом прозвучал дружный смех, но его перебил Песко вопросами:

– Постойте! На скале фонари развешивать? Да для чего ж такое делать? Сиялки ведь дохнут на холоде!

Пётр хмыкнул и с хитрым прищуром кратко пересказал задумку Хлады про сиялок в фонарях на выступах скалы, да с цветами внутри для их кормёжки. Потом добавил и про горючие сланцы для согревания сиялок в двойном дне фонарей, чтобы развесить те фонари на носу и мачте баркаса. В конце он добавил:

– Вот так, други мои, девица наша смышлёная за один раз нам трудную работу облегчила, которую мы оборот 15 за оборотом, нaдель за наделью решить не могли. Да, что уж там! Ни один мах 16 и даже ни один период 17 мы вёсла об скалу эту проклятущую ломали. Так что отдельное и огромное тебе спасибо за помощь твою!

С этими словами Пётр обнял за плечи сидящую рядом Хладу, и весело произнёс:

– По пробуждению и опробуем советы твои! Мы тебе и одёжку рыбацкую подберём, да потеплее, чтобы ты не закоченела с нами на баркасе.

– Не выйдет мне с вами пойти в большую чёрную воду по утру, дядька Пётр. – спокойно, но твёрдо сказала Хлада. – Мне ведь надо сначала женский обряд от матерей принять. Без него кто ж меня отпустит то из селения?

– Так мы ж тебе трех поручительниц вмиг найдем! – воскликнул Пётр. – Моя Арги первой будет! Да и наставницы тебя любят! Они уж точно не откажут!

– Так, давайте их сейчас и созовём, чтобы они поручились и сразу к обряду приготовились, чтоб завтра уже его и провести, да прям на утреннем перезвоне! – прокричал Яка, и звонко шлёпнул ладонью по столу так, что аж сиялки встрепенулись в ближайшем фонаре.

– Ты, давай не шуми! – миролюбиво придержал огромную ладонь напарника Пётр. – Видишь, сиялки уже блекнуть начинают, а значит спать всем пора. Да, и не решаются такие вопросы наскоком.

В этот момент к столу подошла мать Вайза, вытирая руки после мытья посуды, и, присаживаясь за стол, произнесла с улыбкой:

– Меня Хлада уже просила об обряде, чтобы в большую чёрную воду ходить. И теперь, услышав ваши речи, я поняла её поспешную просьбу.

– Почему же поспешную? – удивился Пётр.

– Да, потому что Хлада меня напугала этой просьбой, словно она бежать собралась, – продолжила мать Вайза, глядя в глаза Хладе. – А нам в селении каждый человек важен.

– Мне некуда бежать, мать Вайза. – спокойно выдержав взгляд, ответила Хлада, и добавила, чеканя каждое слово, – Моё родное селение, что взрастило меня, не будет мною брошено и забыто.

– Тогда и клятву селению тебе придётся дать, – продолжила мать Вайза. – Ты ведь знаешь, что тогда тебе нужно выбрать жениха среди своих, дабы оставаться с нами всегда. Готова ли ты к такому?

Хлада обвела взглядом всех присутствующих, и с холодной улыбкой ответила:

– Готова, мать Вайза. Даже если не сыщу жениха среди наших селян, то и не буду рваться замуж за чужаков и соседей, чтобы не покинуть вас.

Песко, услышав последние слова, склонил голову и тяжело вздохнул.

Хлада долго ворочалась ночью, борясь со своими мыслями. Ведь она и вправду подумывала уехать искать более лучшей жизни для себя, и долго мечтала найти того, кто не будет требовать от неё угождать ему, как поступали почти все женщины для своих мужей. Нет, она не ждала, что кто-то будет ей полностью покорен. Ведь среди мужчин селения таких вряд ли найдёшь. Все здесь упрямые, да с крутым норовом. Прямо как она сама. Вряд ли какой-то разумный парень согласится быть на вторых ролях в семье. Его же просто засмеют и не дадут жить нормально. Хлада не хотела себе мужа размазню. Что от такого толку? Ей нужен защитник и добытчик, но любящий и равный с ней.