Я открыла рот, но не издала ни звука, боясь подать идею.

– Судя по обилию приглашаемых девушек, ты Элиону ничего не сломала. Думаю, Иво расстроился, он бы хотел передохнуть от ночных звуков. У них спальни рядом, – беззастенчиво ответил Кай.

Едва заметная усмешка заиграла на его губах, Кая забавляли мои попытки найти объяснения для опасений.

– Я швырнула торт в лицо племяннику архонта, – упрямо привела я последний аргумент.

Кай тихо рассмеялся, оставив меня полностью безоружной. Его смех бархатистый, какой-то мрачный, но одновременно с этим пряный, как глинтвейн в тёмную морозную ночь. Двумя пальцами Кай оттянул узел галстука, ослабив давление на шею, расстегнул пуговицу воротника и откинулся на широкую спинку кожаного стула, удерживая на мне пристальное внимание. Я снова ощутила жжение в груди.

– Да ты действительно ждёшь наказания. – Он наклонил голову, веселье искрилось в глазах, улыбка стала многообещающей, и у меня по спине поползли мурашки, когда кончиком языка он коснулся своего клыка.

Он скользнул по моему телу взглядом, и я была готова поклясться, что в нём было мало приличного. Двусмысленность фразы зазвенела в воздухе, я перестала дышать, мозг словно заклинило, раз за разом прокручивая, каким Кай был с Мейв, пока она сидела у него на коленях. Память услужливо напомнила сцену, как он её касался, а воображение представило, что она могла чувствовать.

Неожиданно Кай первым изменился в лице, стал серьёзнее, разрушив созданную непринуждённую атмосферу. Он вновь облокотился на стол и пододвинул следующую стопку документов.

– Две попытки засчитаны, – знакомым безучастным тоном признал он. – Может, в следующий раз тебе удастся сделать нечто, что будет стоить наказания.

На меня он более не смотрел. Резкая перемена будто понизила температуру в помещении, я ощутила больше неловкости, чем от двусмысленного разговора ранее. Кай прекратил обращать на меня какое-либо внимание, сосредоточенно перебирая бумаги. Я посмотрела на сок в руках, запоздало вспомнив, зачем вообще зашла.

– Спасибо за книги. – Я поставила перед ним банку с вишнёвым соком.

Кай замер и бросил короткий взгляд на оставленный знак благодарности.

– Ты думаешь, что я такое пью?

– Тебе нравится фруктовое.

– Это тебе Элион в кафе-мороженом рассказал? – насмешливо поинтересовался он.

– Откуда ты знаешь про кафе-мороженое?

– Я отслеживаю местонахождение Элиона через его телефон, – беззастенчиво признался Кай.

– Ты говоришь о приложениях для маленьких детей? Те, что посылают координаты родителям?

– Именно. Полезное изобретение.

У меня вырвался смешок от мысли, что Кай относится к Элю как к нерадивому подростку, хотя тот действительно временами кажется именно таким.

– С чего ты взяла, что я предпочту вишнёвый, а не яблочный? – снова обескуражил меня Кай.

Он интересовался странными вещами, когда можно было молча принять или не принять предложенное. Я не могла отделаться от ощущения, что ни один из этих вопросов не был задан просто так. Кай изучал меня по ответам.

Почему же дала ему вишнёвый?

Я с недоумением уставилась на банку, однако менять выбор не собиралась. Не потому, что сама хотела яблочный. Мне всё равно, но почему-то была уверена, что вишнёвый понравится Каю больше.

– Ты похож на того, кто любит вишнёвый.

Уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку.

– Неверный ответ.

Я схватила банку, решив забрать, раз ему не нужно. Щёки обдало жаром от моей наивной попытки подружиться и высказать признательность. Мы не приятели и никогда ими не станем. Наши миры во всех смыслах далеки друг от друга, и нынешнее сотрудничество лишь временно.

Кай схватил банку с другой стороны, не позволив её забрать.

– Неверное объяснение, а не догадка. Я люблю вишнёвый.

Я замерла, увидев на его правой руке выцветшее пятно, продолговатую отметину у запястья. Ей определённо много лет. Форма следа казалась знакомой. Кай заметил мой взгляд и расслабленно пожал плечами.

– Старый ожог от вашего металла, – объяснил он.

Я не поверила: внешне он отличался от встречавшихся ожогов, тем более они сходят спустя дни или месяцы, а эта отметина казалась старше. Я отпустила банку, не став упрекать Кая во лжи. Это не моё дело. Он пододвинул сок к себе.

– Спасибо, – добавил Кай, а я растерянно кивнула и попятилась к выходу, не уверенная, удалась ли эта попытка наладить отношения или всё запуталось и стало только хуже.

16

Иво исправно привозил и забирал меня после лекций. Иногда он подбрасывал и Сиршу до компании «Меридий», если наши занятия заканчивались одновременно. Раньше Сирша любила предлагать заглянуть куда-нибудь в свободное время, склоняла погулять, развеяться или посмотреть фильм, но теперь она этого не делала, вероятно, как и я, не зная, как примириться с переменами. Она держалась лучше, её взгляд, в отличие от моего, был ясным, и от реальности она не отключалась. Я же не раз случайно пропускала слова подруги мимо ушей, невольно погружаясь в себя, но Сирша относилась к моей отстранённости снисходительно и уверяла, что это нормально после всего случившегося. Я в чём-то была согласна и рада, что Сирше повезло не увидеть смерть Ливии лично.