– А ускорить это дело никак нельзя? – скривился бандит. – Это срочно.

Пожалуйста…

Видимо, он уже забыл, когда произносил это волшебное слово в последний раз, поэтому оно вышло у него какое-то корявое и жалостливое.

– Вы что, не в себе? Говорю же: обед у нас. Я отключила видеофон и повернулась к американцу. Босс в это время о чем-то говорил по телефону из своего кабинета.

– Ну и порядочки у вас, – восхищённо выдохнул Пол. – Нам бы вот так: обед – пошли все к черту! У вас это что, святое время?

– Да, что-то вроде намаза у мусульман.

– А если атомная война?

– Только после обеденного перерыва. В этот момент Родион с довольным видом вышел из кабинета и заявил:

– Все в порядке. Я позвонил в отделение милиции, сказал, что на мой офис совершено хулиганское нападение. Сейчас этих друзей возьмут, и мы узнаем, что это за птицы.

– А эти твои милиционеры меня, случайно, не заберут? – заволновался Пол. – Я ведь в розыске…

– В розыске Пол Кейди, а ты, насколько я помню, теперь Дик Моловски.

– А если эти двое им скажут, что я, ко всему тому, нахожусь в вашей стране под чужой фамилией? Боже, мне конец…

– Не скажут, – уверенно бросил босс, усаживаясь на диван. – Если они бандиты, а я думаю, что так оно и есть, то никогда не сдадут тебя ментам. И потом, ты же можешь рассказать властям о кладе, и тогда прощай вся их затея…

Тут на улице послышался шум, визг тормозов и чьи-то крики. Я включила видеофон, и мы увидели, как двоих голубчиков, закованных в наручники, усаживают в милицейский «газик». От машины отделился здоровенный лейтенант в форме ОМОНа, подошёл к нашей двери и позвонил. Я вопросительно взглянула на босса.

– Открой, – разрешил он. – А ты, Пол, спрячься пока наверху, – и прошёл к выходу. Американец бросился на второй этаж.

– Ну что у вас тут было? – сурово спросил лейтенант, войдя в приёмную.

– Сам не пойму, – пожал плечами Родион. – Начали в дверь ломиться.

Грозились разнести здесь все в щепки. По-моему, психи.

– Да нет, они явно не психи, – озадаченно проговорил омоновец, разглядывая скромное убранство нашего офиса. – У них при себе было оружие иностранного производства. А вот паспортов почему-то не оказалось. Утверждают, что в участке все объяснят. Вы с ними раньше не встречались? Может, дорогу когда перешли…

– Исключено, – покачал головой Родион. – Я бы запомнил. Да, они говорили, что какого-то дружка своего разыскивают, подельника, наверное. Или должника. Вы уж разберитесь там.

– Разберёмся. Ладно, если это все, то мы поехали. Я доложу все майору, когда установим их личности, и он свяжется с вами.

Козырнув, милиционер вышел на улицу. Американец спустился вниз.

– Вы уж извините, что я втравил вас в это дело, – пролепетал он с убитым видом.

– Поздно извиняться, – проговорил Родион. – Тебе ещё повезло, что ты ко мне попал. В другой конторе всех поубивали бы. Ты же как прокажённый, тебе ни с кем общаться нельзя, сам знаешь. Теперь давайте пройдём в мой кабинет и обсудим дальнейшие действия.

Валентина наводила порядок в столовой, а мы сидели в кабинете и обсуждали ситуацию.

– А ты не так прост, однако, дружище, – говорил американец, сидя в кресле для клиентов. – Я сам хитёр, но…

– Ты думал, что только у вас в Америке сыщики бывают? Мы тоже не промах, как видишь…

– Хватит болтать, господа сыщики, – вклинилась я в обмен любезностями.

– Что делать будем?

– Есть два варианта, – серьёзно проговорил босс. – Или уходим отсюда, или остаёмся. Уходить нельзя, потому что за офисом наверняка следят. Уверен, что они приходили не одни. И они скорее всего догадались, что ты здесь. Для этого большого ума не нужно, достаточно взглянуть на название фирмы. Ты – детектив, и я – детектив. Они точно решат, что мы спелись. Значит, остаёмся здесь.

– Не понимаю, как они оказались в России и выследили меня? Это выше моего разумения, – задумчиво пробормотал американец.

– Это мы у них спросим, когда будет возможность. Не думай об этом.

Главное, что они знают о нас и теперь не отстанут, пока не получат своё. Они ведь думают, что ты нам все рассказал, и начнут доставать любого из нас, чтобы вытянуть информацию. Поэтому считаю, что нужно оставаться в офисе и никому не выходить, пока все не уляжется. Еды у нас хватит надолго, месяца на три, ломиться сюда они теперь побоятся, так что не пропадём.

– Постойте, постойте, – заволновался американец, – а как же тогда наш клад? Я тут сидеть не собираюсь! Ночью выскользну как-нибудь, а вы оставайтесь, если боитесь…

– Они не дураки, будут и ночью следить, – возразил босс. – Но я что-то не понял: ты предлагаешь нам искать нечто, но до сих пор не сказал, где это находится. Может, того места и нет давно, а ты всем головы морочишь.

– Есть. Я сам видел. Я был там, проезжал мимо, когда город осматривал.

Так что на этот счёт будьте спокойны. А вот сказать, где, я пока не могу – боюсь.