Босс сидел в своём кабинете и беспрестанно куда-то звонил, о чем-то договаривался, что-то доказывал и выглядел при этом очень сердитым. Ещё когда мы были в школе, я вкратце поведала ему о том, как якобы утонула Люся, поскользнувшись и ударившись головой о парапет, а он рассказал о своих впечатлениях. Когда я пошла открывать дверь, он вылез из бассейна и сел на бортик рядом с лестницей, где лежал пистолет. Ему и в голову не могло прийти, что вместо меня в дверях покажется разъярённая бешеная баба в трико. И все же он успел схватить пистолет, но она его опередила – реакция у неё была молниеносной. Мгновенно выхватив топорик, она метнула его в Родиона с пяти метров, целясь причём прямо в голову. Но он уклонился, топор пробил плечо, а пистолет упал в воду. Тут киллерша зачем-то выхватила овечьи ножницы (босс так и не понял, что она хотела этим сказать, а я скромно промолчала) и с жуткой ухмылкой пошла на него, обезоруженного и окровавленного. Родион, быстро сообразив, что его ожидает нечто очень страшное и неприятное, вскочил и бросился от неё, крича во все горло, чтобы прибежала хотя бы школьная охрана и вмешалась. Но директор по его же просьбе наказал охране ни во что не вмешиваться, поэтому те спокойненько сидели себе на месте и послушно делали вид, что ничего особенного не происходит: подумаешь, кто-то кричит нечеловеческим голосом в школьном бассейне – и не такое бывало… В общем, когда Родион сделал уже три круга вокруг бассейна, появилась я и зачем-то столкнула его в воду. Я заявила, что это произошло чисто случайно. Он поверил.

Но, слава богу, он не понял, как затем потерял сознание, когда я к нему подбежала. На моё счастье, он даже не успел заметить, как я его ударила, поэтому легко принял версию, что отключился от потери крови и от шока. На том мы и остановились.

Было уже четыре часа дня. Люся – каблук пропорол ей лишь шейную мышцу – лежала в больнице. Она не могла разговаривать и почти ничего не слышала – у неё лопнула барабанная перепонка. Босс уже рассказал мне, что оперативники из МУРа в одно мгновение отыскали швейное ателье, где она работала закройщицей, и её однокомнатную квартиру на окраине Москвы, похожую, по их словам, на логово волчицы. Там почти не было мебели, зато в большом количестве имелись спортивные тренажёры и деньги. Она их даже не прятала, видимо, настолько была уверена в своей безнаказанности, они просто лежали в ящике комода. Точную сумму боссу не назвали, но сказали, что она вполне могла бы купить себе трехкомнатную квартиру в центре и жить, не отказывая себе ни в чем до конца дней. Но ей это, видимо, было не нужно – Люся предпочитала вести спартанский образ жизни. Нам вернули наши пять тысяч, которые киллерша даже не вытащила из конверта, а так и бросила в ящик. После того как нашли её дневник, половина следственных органов столицы могла вздохнуть спокойно, ибо выяснилось, что она причастна к большому количеству преступлений, до сих пор не раскрытых и висевших тяжким грузом на их плечах. Этот дневник затем передали для ознакомления Родиону. Он бегло просмотрел его и пообещал потом, когда все закончится, поведать мне о необычной жизни этой странной женщины. Я, конечно, сгорала от любопытства, но настаивать не стала – сейчас были дела и поважнее.

– Так что вы придумали с мужем Светланы? – нетерпеливо спросила я, сидя в своём кресле с банкой колы и сигаретой в руках. – Или мы уже не будем его убивать?

– То есть как это не будем? – усмехнулся он, набивая табаком трубку. – Ещё как будем. Правда, тебе опять придётся немного поднапрячься, но на этот раз, поверь, тебе уж точно ничего не будет грозить. Веришь мне? – Он внимательно посмотрел на меня.

– А что мне остаётся, – пожала я плечами, – конечно, верю.

– Ну и умница. Это абсолютно безопасно.

– И что я должна делать?

– Массаж, – хитро улыбнулся он. – Лёгкий эротический массаж.

– Не поняла, – насторожилась я, – вы что, хотите меня в самое пекло засунуть?

– Да ну брось, какое там пекло – обычная частная сауна с девочками. Я уже обо всем договорился. Все проститутки, которые работают в подобных салонах, находятся на учёте в милиции, как и их хозяева. Хозяева были так добры, что согласились включить тебя в список тех девочек, которые должны будут сегодня приехать к Олегу Румянцеву. Они там все время меняются, поэтому никто и внимания не обратит.

– Мне что, опять там голой бегать?! – возмутилась я. – Эдак я скоро квалификацию поменяю, вам не кажется?

– Вот только не надо истерик, – строго проговорил босс. – Я, между прочим, сегодня тоже пожертвовал своей врождённой стыдливостью. Дело есть дело, милая моя. Нужно будет – будешь бегать голой. И не только бегать, а и…

– А вот это уж фигушки! – решительно заявила я. – Этого вы от меня не дождётесь никогда! Я не проститутка…

– А никто и не говорит, – смягчил тон босс, – что тебе обязательно придётся это делать. Может так случиться, что это и не понадобится вовсе, мало ли… Но честно говоря, я ни разу не был в подобных заведениях и понятия не имею, как у них там все происходит…

– А как оно там может происходить! Разве это не ясно? Приходят здоровенные бандиты, наваливаются всем скопом на несчастных девушек и…

– Подожди, подожди, – поморщился босс. – Во-первых, это не бандиты, а бизнесмены…

– Да какая разница?! – не унималась я. – Все они одним миром мазаны!

– Ну ладно, успокойся, – Родион нахмурился. – Других вариантов все равно нет. Если бы я мог сойти за девушку, то сам бы пошёл, но сама понимаешь…

– Да уж, вы всегда найдёте причину… – обиженно надулась я.

– Это – объективная причина. Иначе ничего не получается. Я перебрал все варианты, включая твои, абсурдные, и пришёл к выводу, что убить его можно только в сауне, когда он будет уверен, что находится в полной безопасности. Там же все его люди…

– Конечно, его люди, – хмыкнула я. – Они-то меня там и разорвут в клочья, когда я попытаюсь вонзить ему нож в сердце или что вы там задумали, не знаю…

– Какие ножи, о чем ты говоришь? Мы же не должны его убивать. Тебе нужно будет всего-навсего воплотить в жизнь собственную идею со снотворным и красной краской – все остальное уже не твоя забота.

– Всего-навсего?! – Мои глаза полезли на лоб. – И как же вы себе это представляете, интересно?

– Очень даже просто, – невозмутимо ответил он, попыхивая трубкой. – В самый разгар вакханалии ты достанешь припрятанный где-нибудь пистолет и на глазах у всех всадишь в него ампулу с краской и парализующим ядом. Он мгновенно отрубится, а на груди у него будет красоваться алое пятно. – Довольно хмыкнув, он откинулся в кресле. – Такую ампулу, вернее две, по моей просьбе уже делают в лаборатории на Петровке.