– А что такое?

– Напарники Олеговы замучили. У них ведь там такая беготня началась, делят теперь, шакалы, кому что достанется. Хозяин умер… – Она нехорошо усмехнулась. – Пусть делят, ублюдки. Мою долю все равно не получат. Ко мне уже раз десять приезжали с предложением акции продать. А я им вот! – Она скрутила фигу. – Контрольный пакет все равно у меня останется! Теперь пусть на меня поработают, ха-ха! – Она рассмеялась.

– Подожди, ты ведь говорила, что от мужа-тирана избавиться хочешь, – опешила я. – А ты, оказывается, его бизнес решила к рукам прибрать…

– Конечно, глупая! – Она посмотрела на меня как на маленькую девочку. – Я тебе тут немного приврала, конечно, ты уж прости, но дело сделано и прошлого не воротишь. Да и какая тебе разница…

– Ну ты и штучка, – хмыкнула я восхищённо. – Ты теперь даже на себя не похожа, какая-то другая совсем стала.

– Естественно. – Она самодовольно усмехнулась. – Теперь у меня все есть. Подумать только, а ведь ещё сегодня ночью мучилась угрызениями совести!

Вот дура-то!

– Да уж, это ты погорячилась, – согласилась я, сворачивая между домами в наш двор.

– Господи, как же мне хорошо сейчас! – Она счастливо вздохнула, и глаза её жадно заблестели. – Весь мир у нас в кармане! Помнишь этот фильм?

– Это не столько фильм, сколько роман Чейза, – поправила я, въезжая в наши ворота и останавливаясь. – Все, крошка, выходи. Мы приехали.

– Да? А где это мы? – Ничего ещё не подозревая, она завертела головой, осматриваясь. – И вообще, зачем ты меня вызвала?

Вытащив ключи из замка зажигания, я посмотрела на её счастливое лицо, вздохнула, ибо жаль было омрачать её настроение, и тихо сказала:

– Сама выйдешь или тебя вывести?

– Что? Да как ты смеешь, паршивка?! – Она возмущённо глянула на меня, но что-то вдруг поняла и нервно задёргала ручку двери. – Выпусти меня отсюда!

– Не за ту ручку дёргаешь, возьми чуть ниже, – заботливо подсказала я и вышла из машины.

На пороге конторы уже появился босс и теперь стоял, сверкая очками на солнце, и с самым серьёзным видом рассматривал через лобовое стекло мою пассажирку, отчаянно дёргавшую дверь. Наконец ей это удалось, она выскочила наружу, посмотрела на висевшую над дверью вывеску детективного агентства и решительным шагом направилась к выходу из нашего дворика.

– Это она и есть? – с интересом спросил босс.

– Да, она самая. Светлана, вам не туда! – крикнула я. – Вам сюда!

– Пошли вы все! – бросила она, не поворачивая головы.

– Что-то почувствовала, наверное, – мудро изрёк босс и сбежал с крыльца.

Через несколько минут разъярённая и растрёпанная тигрица сидела в его кабинете и метала глазами молнии. Родион, с интересом поглядывая на неё, набивал исцарапанными ею руками трубку. Я сидела в своём кресле, в дурацком макияже, и с нетерпением ждала продолжения спектакля, вернее, его заключительного действия. Дверь была на всякий случай заперта, чтобы Светлана, если надумает опять сбежать, царапала уже не нас, а пластиковую обшивку. Олег Румянцев находился в своей комнате наверху вместе с охранником Игорем. Там у них был динамик, из которого они могли слышать все, что говорилось в кабинете.

Босса ничуть не беспокоило, что они могут поубивать там друг друга, когда узнают всю правду, – это, как он считал, были только их проблемы. Майкл под руководством Валентины чинил её любимую старую швейную машинку на кухне. Он даже поправился за последние сутки, на пополневших щеках заиграл румянец, а в глазах появились довольство и сытость. Я побаивалась, что он привыкнет и потом его и палкой не выгонишь отсюда.

В общем, все актёры были на своих местах, декорации расставлены, и нужно было лишь открыть занавес и начать представление.

– В общем, так, – спокойно начал босс, выпуская облако ароматного дыма, – вы сейчас мне все расскажете, а я помогу вам, не безвозмездно, конечно, избежать суда или по крайней мере добиться минимального срока заключения – все зависит от того, что я расскажу милиции…

– С какой это стати? – презрительно прошипела Светлана. – Я ничего не сделала, и вы ничего не докажете! Сажайте вон эту Люсю, – она кивнула на меня, – она всех убивала. А меня оставьте в покое!

– В противном случае, – продолжал как ни в чем не бывало босс, – я передам все собранные мной сведения следственным органам. Предупреждаю: чтобы их подкупить, вам понадобится гораздо большая сумма, чем та скромная, которая удовлетворит меня.

Света задумалась, что-то стремительно зашевелилось, забегало в её коварной головке, и наконец, что-то решив, она с ненавистью покосилась на меня и выдохнула:

– Сколько вы хотите?

– Немного, – улыбнулся босс. – Пятьдесят тысяч.

– Вы самый обыкновенный вор, – быстро проговорила она.

– Не спорю. А вы – убийца, – парировал он.

– Ладно, я согласна. Только должен быть соответствующий контракт.

– Это без проблем.

– Что я должна делать – все рассказать вам? – Светлана усмехнулась. – С удовольствием.