— Вперёд, Кукушкина! Нас ждут великие дела.

* * * * * * * * *

Следующий день отработали спокойно, штатно, а вот ещё через день Деда Мороза и Снегурочку опять ждали приключения, причём, гораздо более драматичные, чем случай с поисками Зямы.

Правда, исходная позиция была практически такая же: отец на работе, а дома мать и два сына. Бабушки не оказалось, зато был старший сын, который и стал причиной разыгравшейся драмы, а также главным действующим лицом.

Выезд был завершающим на этот день. Иван и Марианна вышли из лифта на четырнадцатом этаже, и сразу услышали детский плач и женские вопли, которые различались даже через тяжёлые железные двери. В огромных глазах Марианны мелькнула тревога.

— Что-то случилось, — тихо сказала Кукушкина.

Бросив на неё взгляд, Иван ничего не ответил, лишь надавил на кнопку звонка. Потом ещё раз и ещё. Потом начал стучать, и лишь тогда двери распахнулись.

На пороге стоял испуганный и бледный мальчик лет пяти с заплаканным лицом. Однако, увидев гостей, малыш радостно крикнул:

— Мама! Дедушка Мороз пришёл! Сейчас он сделает чудо!

Марианна взяла мальчика за руку, а Иван обошёл их и скрылся в квартире, из которой доносились причитания.

— Как тебя зовут? — спросила Марианна у мальчика. — И что здесь произошло?

— Меня зовут Макар.

Марианна отметила про себя, что мальчик говорит очень чисто и внятно, выговаривает все звуки.

— А случился Марк. Я знаю, вы волшебники, и вы приехали, чтобы помочь нам, чтобы спасти Марка! Проходи, Снегурочка!

— А почему нужно спасать Марка? И кто такой Марк? — Марианна вошла в прихожую и закрыла входные двери.

— Не глупи, парень, — раздался из комнаты спокойный голос Ивана. — Закрой окно и вернись в комнату.

— Нет! — юношеский голос доносился словно издалека и звучал нервно, истерично.

Марианна вошла в комнату и увидела невысокую темноволосую женщину, которая стояла у балконной двери. Женщина плакала, прижав ладони к губам. В глазах её застыл настоящий, безумный ужас.

Рядом с женщиной стоял Иван и тоже смотрел куда-то через балконную дверь. Спина выдавала его крайнее напряжение.

— Кто там, Ванечка? — дрожащим голосом спросила Кукушкина.

— Там Марк, старший сын, — плача, заговорила женщина.

Голос у неё был хриплый и тихий.

— Его девушка бросила, сообщила ему об этом через мессенджер, и вот он заперся на лоджии и открыл окно на улицу. Мне страшно… — голос у женщины повело, уголки губ опустились, а потом она зарыдала.

— В сто двенадцать звонили? — тихо спросила Марианна.

— Да, но сейчас всюду пробки, ждём, ждём… — судорожно всхлипывала женщина.

Иван протянул руку и открыл окно, ведущее на лоджию.

— Не смейте! — крикнул лохматый темноволосый парень лет шестнадцати, стоявший на балконе у распахнутого окна. — Или я…

— Я сделал микропроветривание. Мне нужно поговорить с тобой, Марк, а так лучше слышно.

— Что вы мне можете сказать? С какой стати я должен слушать вас?

— Дурное дело не хитрое, Марк, всегда успеется. Разреши мне передать тебе куртку или плед? Я только на секунду открою это окно и отдам тебе вещи, клянусь.

— Ладно, давайте! — помолчав, разрешил Марк.

Макар тут же притащил огромный и мягкий клетчатый плед.

— Держи, Дедушка Мороз.

А Дедушка Мороз, быстро просунув плед в окно, подумал о том, как хотелось бы ему сейчас накрыться таким вот пледом и уснуть, чтобы никого не видеть и не слышать. Чтобы исчез этот липкий холод, ползущий по спине, а горло отпустил бы ледяной спазм. Иван очень боялся за бестолкового и эксцентричного парня, закрывшегося на лоджии. А ещё он очень ему сочувствовал.

Присев на подоконник около окна, Иван вернулся к начатому разговору.

— Какой сегодня день, Марк? Я имею в виду число.

— Двадцать шестое декабря, — недоумевающе ответил Марк.

— А что это за день?

— Понятия не имею, — усмехнулся Марк и закутался в плед.

— Сегодня световой день начал прибывать. Несколько суток подряд, начиная с двадцать первого декабря, были самые короткие дни и самые длинные ночи. А сегодня день начал прибывать.

Хозяйка квартиры удивлённо посмотрела на Ивана. Макар стоял рядом с Марианной, разинув рот.

— И что? — пожал плечами Марк.

— А то, что жизнь продолжается, хотим мы этого или нет. И часто лишь от нас зависит, увидим ли мы это продолжение. Или всё продолжится без нас. Кому и что ты собрался доказывать, Марк? Человеку, который даже расстаться по-человечески не может? Ты думаешь: "Вот не будет меня, тогда она узнает!.." А зачем тебе нужно, чтобы человек, предавший тебя, что-то понял и узнал? Ты хочешь истратить последние силы, всё оставшееся время на спецэффекты для тупой предательницы. А она ничего не поймёт, поверь. Будет жить себе как ни в чём не бывало, припеваючи. И все будут жить. Только без тебя. Оно того стоит, а?