— Только этого не хватало! — встревожился Витька. — Ты контролируешь станцию? Чем сейчас заняты разумные на ней?

— Они… — начал было Джошуа, но умолк, затем в его голосе появилось явное удивление. — Они уходят! Открыт портал неизвестного мне типа при помощи артефакта опять же неизвестной цивилизации! Координаты перехода не поддаются определению!

— Проклятье! — чуть не взвыл парень. — Ты можешь открыть к ним проход?

— Да, но вы должны снять свой запрет на это.

— Снимаю.

Витька быстро передал майору смысл разговора с искином, тот глухо выругался и распорядился готовиться к новому бою. Снова упускать «рептилоидов» очень не хотелось, они ведь продолжат гадить.

Пока они говорили, перед отрядом зарябил воздух, и первые бойцы скользнули в эту рябь, сразу после выхода начав отстреливать охрану, парализуя гражданских. К сожалению, они опоздали, успев увидеть как несколько человек в форме бережно уводят в зеркало портала старую жабу Джорджа Сороса, за которым спешили его сын, Майкл Цукерберг, Джек Дорси и Билл Гейтс. За ними еще несколько человек. Вот их гвардейцы смогли парализовать, упустив главных тварей. Зеркальный портал, едва они успели подойти к нему, стянулся в одну точку и погас.

— Ушли, суки гребаные! — грохнул кулаком в переборку Ставицкий. — И где теперь их, паскуд, искать?!

— Найдем, — заверил Витька. — Обязательно найдем. Пусть не сразу, но никуда они не денутся. Главное, что у них вырваны ядовитые зубы. Со станции ушло не более трех процентов людей, по сообщению Джошуа. Здесь осталось все их оборудование, самолеты, оружие. Нам надо срочно вводить войска и брать всю эту шушеру к ногтю. Искин, конечно, изолирует западников в разных отсеках, но они просто так не сдадутся. Придется выбивать.

— Выбьем, — со злостью пообещал майор, все еще испытывая досаду из-за бегства «рептилоидов».

— Сейчас я переведу станцию на русский язык.

На это потребовалось не более двух минут, при мощности Джошуа гипнопакет усвоился за несколько миллисекунд, остальное время потребовалось на изменение интерфейсов всей станционной аппаратуры. Арестованные американцы наблюдали за этим с хорошо заметным удивлением и какой-то странной тоской. Особенно профессор Бертран. Именно он не выдержал и спросил:

— Что с нами будет?

— Ничего страшного, если вы всего лишь ученый, — обернулся к нему Ставицкий. — Будете работать по специальности, но под надзором. Кстати, познакомитесь со своим альтер-эго, он прилетел с нами на «Снегире», прожил почти пять столетий, доказал, что лоялен империи и получил омоложение. У вас тоже будет такой шанс, профессор.

— Альтер-эго? — загорелись энтузиазмом глаза того. — То есть это я, но из вашей реальности?!

— Именно так.

— Как интересно!

— Не смейте сотрудничать с ними, это государственная измена! — вызверился на него Вербози.

— А ты заткнись, подонок, — повернулся к нему Ставицкий. — Тебя, в отличие от профессора, ждет только ментоскопирование и казнь. Может, пожизненная ссылка, но я не уверен, что это лучше смерти. А страны вашей больше не существует.

— Паскуды русские… — бессильно прошипел тот и поник. — Как жаль, что вас наши в вашей реальности не додавили…

— Пытались, но не смогли, — усмехнулся майор. — В итоге бесславно подохли сами. Как подохнете и вы.

Витька сканировал станцию и приходил во все больший ужас. Она находилась на последнем издыхании, эксперименты профессора Бертрана привели инверторы и конверторы пространства в такое состояние, что активировать их было попросту опасно. Чревато взрывом. Сперва требуется серьезная калибровка, а его квалификации на это попросту не хватит. Тут нужна Кхалит, да и помощь Лао-Цзы лишней не будет. Это если станцию вообще можно спасти, в чем парень был далеко не уверен. Однако, к счастью, нашелся один ни разу не задействовавшийся до сих пор, запасной инвертор, и Витька сумел при с его помощью выстроить постоянное сопряжение с Ардой, с Землей не рискнул.

— Майор! — окликнул он Ставицкого. — Открыт проход на сегментную станцию, немедленно связывайтесь с нашими. Вон, на стене мельтешение, через него можно переходить прямо туда. Нужно побыстрее вводить сюда войска и наводить порядок. Думаю, надо будет объявить людям, что руководство их просто бросило и сбежало. Это сильно уменьшит стремление к сопротивлению. Пиндосы никогда стойкостью не отличались.

— Если вообще не сдадутся тут же, — презрительно фыркнул тот, выражая свое отношение к американцам, у которых даже в уставе была прописано право солдата выдавать все, если попал в плен. — Спасибо, Виталий! Ты хорошо поработал, я отмечу это в рапорте.