– По-моему, здесь больше никого нет, – Анна иронически оглянулась по сторонам.

– А по-моему, вас это не касается! Давать мне рекомендации по поводу моих подопечных – не ваша обязанность! – придя в себя, парировала Виктория.

– Видимо, вы плохо выполняете свои обязанности, – напоследок кинула ей Анна и ушла, оставив гувернантку в праведном гневе, от которого та пылала еще целый день.

Через пару часов началась настоящая суматоха. Приехали два дополнительно нанятых официанта, гардеробщик, камердинер, флорист и посудомойка. Основная часть суматохи пришлась на зал, в котором должен был проходить ужин. Альберт руководил домашним стаффом так, как если бы это была подготовка к незамедлительным военным действиям. Он лично достал из погреба необходимые напитки, проверил столовое серебро, поставил карточки для рассадки гостей и меню напротив каждого места, проследил за расстановкой стульев и сервировкой стола, которая вымотала всех девушек. Никогда прежде не готовившаяся к званым ужинам такого рода, Анна толком и не умела сервировать столы. Девушка внимательно слушала Ксению и овладевала искусством сервировки на практике.

– Приборы располагаются от тарелки на расстоянии, равном ногтю большого пальца, и должны лежать ровно, – объясняла Ксения.

Гуля, более опытная в этом деле, так как ранее тоже работала на VIP, четко и быстро сервировала свой участок стола.

– Фужеры ставят по диагонали, справа от наибольшего ножа, в порядке, в котором они будут использованы, – продолжала Ксения.

– Кстати, а кто такие Егор и Ангелина? О них говорили за столом, – шепотом поинтересовалась у Ксении Анна.

– Это дети Константина Викторовича от первого брака.

– А-а-а-а, – только и вымолвила Анна, на какое-то время забыв о своих обязанностях и погрузившись в раздумья.

– Девушки, поторапливайтесь, – периодически подгоняла их Валентина, поглядывая на часы, пока Альберт разбирался с поставщиками.

– Твоя зона левая. Начни сервировать ее, – указала Ксения.

Анна стала аккуратно сервировать стол, вспоминая все, что видела и что ей говорили Альберт, Ксения и Гуля. Она уже заканчивала сервировку, когда ее позвала Валентина, и девушка отправилась на кухню, не заметив крутившуюся неподалеку Викторию.

Чинно выстроившись в ряд в зале для приема, домашний стафф слушал расхаживающего взад и вперед Альберта.

– Кто сервировал левую дальнюю сторону стола? – батлер указал в нужном направлении, и все разом повернули туда головы.

Анна вышла вперед.

– Я, – робко призналась девушка.

Альберт остановился и уставился на нее.

– Абашева, вы меня удивляете! Вы сами упоминаете о деталях! Если я говорю, что вилка должна находиться в 1 см от тарелки, значит, она должна находиться в 1 см от тарелки! Если я говорю, что стул должен стоять под углом 90 градусов к столу, значит, он должен всегда стоять под углом 90 градусов к столу! Если я говорю, что края скатерти должны свешиваться со стола на 35 см, то они должны свешиваться на 35 см – не больше и не меньше! Почему вы не слушаете меня?

Анна растерялась, не понимая причины его внезапного гнева.

– Господин Смит, что я сделала не так?

– Все за мной.

Анна, Гуля, Роза и Ксения пошли вслед за Альбертом.

Дойдя до нужной зоны, батлер ткнул пальцем на участок, где приборы действительно были разложены далековато от тарелок, намного дальше 1 см.

– Тарелки с приборами, госпожа Абашева, всегда должны стоять строго в ряд, строго по сантиметрам, в одну линейку, без погрешностей.

– Я не понимаю, в чем дело. Я все поставила правильно и четко, правда! – воскликнула девушка.

– Я тоже видела, как Анна сервировала. Все было правильно! – попыталась заступиться за подругу Ксения.

– Я не давал вам слово, – батлер с раздражением посмотрел на Ксению. – Много лет назад я работал на кухне в ресторане со звездой Мишлен. Как-то шеф поручил мне нарезать спаржу по диагонали ломтиками толщиной 2 сантиметра. Поначалу я нарезал правильно, но в какой-то момент по невнимательности сделал 3 сантиметра. Когда понял, исправлять не стал. «Подумаешь, – решил я, – один сантиметр!» Так я несколько раз нарезал лишние сантиметры, и знаете, что было потом?

Стафф молчал, предугадывая.

– В какой-то момент я осознал, что несколько дней подряд шеф дает мне нарезать только спаржу. Я поднял на него глаза и замер, а он посмотрел на меня и сказал: «Всю спаржу, которую ты мне передавал, я выкидывал. Я ждал несколько дней, надеясь, что ты осознаешь, как важен этот сантиметр… Теперь ты уволен, Смит!»

Он уволил меня из-за погрешности в один сантиметр, – продолжал свой рассказ батлер. – Так как вы думаете, Абашева, что сделал бы этот шеф-повар на моем месте сейчас?

– Он дал бы мне несколько дней.

Батлер, расхаживающий по залу, неожиданно остановился. Тень улыбки мелькнула на его суровом лице.

– Больше никаких погрешностей, Абашева! Отныне ваш девиз «Четко. Точно. Всегда».

– Как скажете, – склонив голову, ответила Анна, хотя в глубине души роптала на несправедливый выговор. Она была уверена, что все сделала правильно.

– Гостевые комнаты прибраны, подсвечники и светильники почищены, бар наполнен, камердинеры, сомелье и официанты готовы. Так… так… так… Униформу надеваем за час до приезда гостей… – Альберт замолчал и вновь погрузился в раздумья, пытаясь вспомнить, что он забыл учесть.