— Может, забудем все? Я скучаю, — улыбнулся Уизли и чуть придвинулся ближе. Девушка долго смотрела на парня, который из долговязого худого мальчугана с перемазанным носом превратился в красивого высокого парня. Она обняла его за плечи и просто позволила себе прочувствовать момент.

Момент прощения. Обоюдного.

— Я тоже скучала, Рон. Жизнь иногда принимает такие повороты, что потерять то, что тебе дорого — становится очень легко.

Рон понимающе кивнул.

— Я злился на тебя и думал только о себе. И даже ни разу не подумал о том, что же побудило тебя к решению расстаться.

Девушка сглотнула вязкую слюну и схватила бумажную салфетку, разрывая ее на мелкие кусочки. — Ты сделал правильно, Рон. И хорошо, что не остановил меня. Нам нужно было время…

На мгновение уйдя в свою мысли Гермиона вернулась в реальность, когда рука друга схватила ее за локоть и подняла с места.

— Значит, я хочу танец примирения.

Рон потянул ее к танцполу ровно в тот момент, когда музыка сменилась, и заиграла спокойная мелодия. Она была ниже школьного друга на целую голову.

Когда ты успел так вырасти?

Парень крепко ее обнял, будто наслаждался моментом их воссоединения. Они стали болтать обо всем, но и ни о чем одновременно, старательно избегая больных и неловких тем. С каких пор Уизли научился чувствовать личные границы?

Песня закончилась, и девушка увидела приближающуюся к ним Пэнси, уже изрядно подвыпившую, но широко улыбающуюся. Та лишь хитро подмигнула Гермионе и увела Рона с собой, завлекая его в очередной танец.

Грейнджер осталась стоять одна, все еще стараясь прийти в себя от трепетного счастья, сбившегося в раздробленной и кровоточащей все последние годы груди.

То, куда ее повели ноги и что она хотела сделать, девушка осознала уже после, когда приняла гитару у музыканта из группы, которая исполняла выбранный Джинни весь вечер репертуар на свадьбе.

Подойдя к микрофону, она тихо постучала по нему пальцем и привлекла внимание тихим.

— Раз, раз, раз, все меня слышат?

Разом на нее посмотрели сотни глаз, и повисло молчание. Благослови Мерлин те два бокала шампанского, немного успокаивающие волнение.

— Я еще раз поздравляю Гарри Джинни с днем свадьбы, — уже бодрее проговорила девушка, держась одной рукой за микрофон. По залу прокатился одобряющие аплодисменты и гул голосов. — Если вы не против, я бы хотела исполнить еще одну песню, считайте, что это возможность дать отдохнуть замечательной группе, которая весь вечер помогает нам отдыхать и танцевать под качественную музыку, — она кивнула на музыкантов, расположившихся на сцене и рассевшихся всех где попало: на колонках, ступеньках или маленьких концертных стульчиках.

Громкие аплодисменты выражали благодарность молодым парням-музыкантам. Они улыбались, кивая и переглядываясь.

— Итак, с вашего позволения, я начну.

Присев на высокий стул, девушка перекинула ремень гитары через плечо и оперла ее на одно колено. Пододвинув микрофон ближе, Гермиона, пальцы левой руки которой зажали первый аккорд, а правой заиграли ритмичный бой, набрала побольше воздуха в легкие и запела первые строки:

“Когда с неба опускается ночь,Продолжай ехать по шоссе.Когда мир к твоим крикам глух,Ты дойдешь до цели, продолжая путь.

Ты не один, мы вместе против всех.Держись за меня, я никогда не дам тебе упасть.Даже если однажды я потеряю всякую надежду,Я не сдамся…”

Свет софитов и прекрасная акустика это то, что нужно музыканту для хорошего выступления. Почти не видя лица тех, кто танцевал в зале, девушка все же нашла Гарри и Джинни, решив, что их поддержка поможет ей не сбиться, поэтому взяла друзей как ту самую точку, куда постоянно кидала взгляд. Закончив первый куплет, Гермиона заликовала, когда гул аплодисментов взорвался среди зрителей. Адреналин от публичного выступления и одновременного обнажения своих любимых песен взял вверх над волнением. Поэтому, немного расслабившись, ее голос стал звучать громче и увереннее.

“Потому что мы победители, мы герои!Мы сокрушаем стены, мы разрушим их полностью,Потому что мы верующие, мы мечтатели!

И вдруг,музыка стала ярче и наполненней. К одиноко звучащей электрогитаре прибавилась барабанная установка, бас-гитара, синтезатор и соло-гитара.

Что бы ни говорили и ни делали другие,Я справлюсь, я сделаю это ради тебя.Мы сокрушаем стены,Мы герои…”

По залу прокатился свист и улюлюканье, народ прыгал под ритмичную музыку, понимая, о чем она поет. Кинув короткий взгляд на парней из группы, увидела ободряющий кивок барабанщика. Покрутив палочки в пальцах изящным жестом, он вновь ударил по установке, а Гермиона продолжила петь:

“Стоя под звездным небом,Я теряю веру в силу гравитации,И мне кажется, что я могу научиться летать,Воплотить в жизнь все свои фантазии.Ты не один, мы вместе против всех них.Держись за меня, я никогда не дам тебе упасть.Даже если однажды я потеряю всякую надежду,Я не сдамся…”

И, когда взгляд был вновь направлен туда, где еще недавно танцевали Гарри с Джинни, она наткнулась на серые радужки глаз. Малфой стоял среди танцующей толпы гостей, сложив руки на груди в замок, и задумчиво смотрел прямо на нее. Заметив ее взгляд, он не отвел свой, а лишь слегка изогнул губу в ухмылке и коротко кивнул.