Включив музыку, где заиграла песня One way or Another – Blondie, Гермиона отодвинула устройство на середину стола. Ситуация казалась комичной. Немного пошатывающийся и потерявший последние крупицы лоска и уважения Люциус Малфой бросил на нее такой презрительный взгляд, который маленькой Гермионе снился бы в ночных кошмарах. Огромный феодальный замок, магловская музыка, чистокровный маг, игра на выпивание и она, Гермиона Грейнджер. Черт побери, да она о таком даже мечтать не могла!

— Все очень просто, — девушка еще раз подбросила мячик в руках, когда Люциус все еще казался безучастным. — Кидаете мячик, стремясь попасть им в стаканчик. Если попадаете, то я пью и отвечаю или выполняю какое-то просто задание, если вы промахиваетесь, пьете вы, и ход сразу переходит ко мне!

— Как изысканно, — фыркнул мистер Малфой, закатывая глаза. Он схватил ломтик салями и закинул его в рот. — Начинайте, мисс Грейнджер!

Гермиона ухмыльнулась. Ну что, игра началась!

***

Она проснулась, когда что-то холодное коснулось ее лица. Девушка сморщилась, хрипло застонав. Мерлин, как же ей опять было хреново…

Гермиона перевернулась на спину и приоткрыла глаза, когда ей почудилось, что ее тело тонет. Дыхание сбилось, а кожу прожег ледяной поток воды. Она, взмахнув руками, оттолкнулась от места, где лежала и перевернулась на бок. Где-то сбоку послышались шаги, и теперь хриплый стон Люциуса Малфоя раздался в помещении, резанув слух.

— Ну-ка, быстро встали! — голос Нарциссы был резок и остр, как нож. Она поливала их холодной водой из палочки.

Грейнджер вяло завертела головой и поняла, что они лежат на коврах в незнакомом ей помещении. Это была круглая комната с узкими окнами, ветер заставлял ставни биться о каменные стены самой высокой башни замка. Здесь не было ничего, кроме двух кресел, стоявших друг напротив друга, столика и подсвечника на нем. Разумеется, пустые бутылки тоже присутствовали, как и незнакомая акустическая гитара, аккуратно приставленная к стене… Откуда она вообще тут взялась? Окно в башне было приоткрыто, из-за чего в помещении гулял холодный сквозняк.

— Дорогая..? — раздался неуверенный голос лорда, пытающегося оттолкнуться руками от пола, лежа лицом вниз.

— Вы ненормальные?! Мисс Грейндж… — Нарцисса осеклась, громко выдохнув. Выглядела она не очень. Как-то испуганно и чуть потрепанно. Для нее это было непримечательно. — Гермиона! Вчера я искала вас с моим мужем по всему Парижу!

Когда Люциус все же перевернулся, Гермиона, сидя на полу, поблагодарила Мерлина за то, что не стояла. Потому что Нарциссу его вид шокировал настолько, что статная волшебница в изумлении открыла рот, забыв о правилах приличия.

— Мужчина, а вы не видели мистера Малфоя? Кажется, сегодня ночью мы его потеряли, — Гермиона еле сдерживала истеричный смех. Она облокотилась на одну руку, второй протирая свое лицо от влаги.

Аристократ, морщась от головной боли, скривился, не понимая вопроса. Он уставился своими серыми глазами на лже-невестку недобрым взглядом, но, переведя взгляд на жену, чуть приподнял вверх одну бровь.

— Цисси?

— Люциус… — женщина взмахнула палочкой, и подсвечник превратился в зеркало в резной раме. Нарцисса поднесла его к постанывающему от похмелья мужу. Мужчина, перекатившись на бок, встал на колени, а затем с трудом поднялся на ноги, сильно покачиваясь. — Посмотри.

Мистер Малфой взял дрожащей рукой зеркало и, поглядев в него, выругался так грязно, что для Гермионы это стало красной тряпкой для быка. Она смеялась так, что казалось, живот и щеки сейчас треснут по швам. Девушка охала и вздыхала, пытаясь успокоиться, но каждый раз очередная волна смеха накатывала так неожиданно, что даже Нарцисса невольно хихикала.

— А тебе однозначно идет, — волшебница закусила щеку, пытаясь не поддаться общему творившемуся сумасшествию. Люциус метался по комнате. Он отошел поближе к окну, где за горизонтом только-только начинался рассвет. — Конечно, надо время, чтобы привыкнуть…

— Цисси! — взвыл Люциус, ощупывая свою стриженную бороду и волосы на голове. Усы были подзавиты и смотрели вверх. — На кого я похож?!

— На барона Мюнхгаузена, я полагаю, — хохотала Гермиона, поднимаясь на ноги.

— Очень смешно, Мия! — вдруг сказал мужчина, и все трое замерли на местах, застигнутые врасплох.

— Откуда вы… — Грейнджер почувствовала легкую тошноту и неловкость, будто мистер Малфой увидел ее голой.

— Что происходит?! — нервно спросила Нарцисса, подходя к мужу. Она поправила его обычную хлопковую белую рубашку, рукава которой были подвернуты до локтей. Поверх рубашки была надета темно-зеленая жилетка, а на шее повязан бежевый галстук в клетку. Серо-бежевые брюки были также безбожно помяты, как и все остальное. А белые классические кеды Гермиона оценила больше всего. Женщина повернулась к невестке. — Вас так называют друзья?

Девушка медленно мотнула головой, отрицая и внимательно смотря на Люциуса. Тот стоял, нахмурив уложенные и подстриженные брови.

— Нет. Только ваш сын.

— Простите, я… — он покачал головой, ничего не соображая. Видеть Люциуса Малфоя одновременно озадаченным и смущенным было непривычно и даже как-то неловко.

— Я думаю, нам всем надо позавтракать! — Нарцисса обняла мужа и, не став бродить по длинным коридорам-лабиринтам, вызвала эльфа, который мгновенно перенес всех в гостиную