Гермиона смеялась, положив лицо на руки. Мотнув головой, девушка откинулась на спинку стула.

— А как вы все это узнали? — спросила она у миссис Малфой, у которой пролегли темные круги под глазами от бессонной ночи.

— Не поверите, но мне не хватало буквально двадцати-тридцати минут, чтобы вас догнать. Сначала я расспрашивала дома наших эльфов. А когда пустилась за вами следом, я добиралась до одного места, свидетели произошедшего рассказывали, что отец и дочь начудили там буквально недавно, но вскоре скрылись в определенном направлении. Я, словно Шерлок Холмс, бегала за вами по пятам! И да, — женщина потянулась к сумочке, висящей на спинке ее стула. Она быстро открыла замок и вытащила оттуда небольшой цифровой фотоаппарат. — Вы его украли у каких-то японцев.

Гермиона коротко взглянула на Люциуса, поймав его недоуменный взгляд. Мужчина находился в шоке. Никогда и ни за что он бы не пошел на такое, а то, что сегодня он разрушил все свои рамки, стало для него разрядом дефибриллятора для умирающего. Хотя он и понятия не имел, что это такое.

Его лицо выражало целый спектр эмоций, начиная от полнейшего презрения, как к самой Гермионе, так и самого себя. И заканчивая ужасом и шоком от того, что он так долго игнорировал жизнь маглов. Они ведь его и правда неплохо подстригли, а их виски на вкус был не омерзителен…

Гермиона забрала фотоаппарат и попыталась включить, но батарейка села. Видимо, этот малыш всю ночь запечатлял веселые моменты, а, значит, таит много компромата. Она этим займется, надо будет забежать в фото-печать на углу ее квартала, а прежде зарядить аппарат.

— Но одно я все же помню, — хрипло сказал лорд Малфой, в котором трудно было узнать и того, в кого он превратился после Азкабана, и того, кем он был до второй магической войны.

Сейчас все колтуны с его некогда белоснежных волос были сострижены. Их длина была не больше длины указательного пальца взрослого человека. Белые с проседью волосы были зачесаны назад, на макушке они были длиннее, а на висках почти выбриты. Бородка аккуратно стрижена, имела четкие контуры и была однородной длины, а усики весело смотрели вверх. Теперь лорд постоянно их трогал, привыкая к себе новому.

Надо отметить, что Гермиона была приятно удивлена тому, как они провели время. На несколько часов Люциус Малфой забыл, что он напыщенный аристократ, сноб и алкоголик. Сейчас перед ней сидел красивый благородный мужчина, хоть и с похмельем. Но все это было полностью заслугой его самого. Он позволил девушке играть по ее же правилам, хотя это вставало для него поперек его собственных принципов. Однако в конечном итоге все произошло, как нельзя лучше.

— И что же? — спросила девушка, гладя мордочку Ника, лежащую у нее на коленях. Пес довольно высунул длинный розовый язык.

— Вы уснули прежде, чем я успел загадать вам последнее желание.

Гермиона во все глаза уставилась на этого хитрого засранца, при взгляде на которого теперь, хоть иногда и дергался, но все же радовался глаз.

— Нет! Игра закончена! — она вскочила с места, тут же встал и мистер Малфой.

— Я выполнил больше заданий, Мия! — он потер двумя пальцами переносицу, чертыхнувшись. — Простите, мисс Грейнджер, я не знаю, само вырывается…

Да твою ж. Кажется, к ней окончательно прилипнет это имя. И, кажется, она сама ему о нем проболталась.

— И что же вы хотите, Люциус? — нервно спросила Грейнджер, сложив руки на груди. Нарцисса наблюдала за сценой с нескрываемым интересом. Она манерно держала кружку с остывшим чаем, оттопырив мизинец.

— Дайте моему сыну шанс.

Драко Малфой шел по Косому переулку, держа в руках папку с подписанными документами. Последние два дня он почти не спал, помня о том, что пересечение его сна и сна Грейнджер может стать связующим звеном, чтобы они снова проснулись в одной постели.

А ему было некогда. Отоспавшись после вечера в Норе, парень обдумал все еще раз. Ну, а что ему и правда мешает пойти на риск? В магическом мире не так-то много хороших заведений, где еще и вкусно кормят. А помещение, которое он выбил под аренду, было со всех сторон идеальным.

Единственная загвоздка заключалась в том, что оставался большой риск провала. И не из-за бюрократических проблем, подписей, разрешений или, в конце концов, банальных мерзких тараканов на кухне ресторана. Нет. Проблема была в его имени. Общество до сих пор крутило на слуху его прошлое, и была вероятность того, что никто не пойдет в его ресторан хотя бы потому, что его презирали за метку на его руке.

Но он уже пообещал. Себе. Семье Уизли. Грейнджер.

Да и надо было, в конце концов, занять себя делом. Может, если Драко окунется в бизнес, то и остальные проблемы заглушатся, если не обращать на них столько внимания в условиях тонны свободного времени?

Ему перекрыты пути в магические университеты и на государственную службу, поэтому единственным вариантом было открытие своего дела. Думал ли он когда-нибудь об этом всерьез? Нет. Еще и сотрудничать с Уизли? Невообразимо. Но его занимал азарт, и в душе горел огонь от мысли о том, что, возможно, он нашел, куда выпустить свою скопившуюся энергию.