Шрифт:
– Теперь давайте свадьбу обсудим… Большую собрать, видно, не успеем… – снова заговорила Зинаида Дмитриевна, но Алеша перебил ее.
– Какая свадьба! Соберемся вот мы, – обвел он комнату рукой, – посидим, вот и вся свадьба!
– А Светины родители, подруги, родственники?
– У меня никого нет, – тихо улыбнулась Света.
– Родителей и родственников у нее нет, а подруги перебьются, – сказал Алеша.
– А мать? – не удержалась Галя, вспомнив, что Света говорила, что в Сочи ей командировку мать организовала.
– У нее нет матери, – быстро взглянул на сестру Алеша. – Была! Давно!
Галя поняла, что что-то случилось, раз возникла такая неожиданная свадьба. Ведь в Сочи и намека на нее не было. Когда все в порядке, такие свадьбы не бывают. Но расспрашивать не стала, поняла по тону Алеши, что делать этого не следует.
– Ну, раз так, то я не знаю… – растерянно посмотрела Зинаида Дмитриевна на Василия Гавриловича.
– Что ж тут знать, – сказал он. – Сами-то собираться все равно будем: и поздравим, и выпьем за их счастье!.. Как я понимаю, у жениха костюма нет, а у невесты – ни фаты, ни платья… Кольца, думаю, тоже не приготовлены… Значит, приобретать надо! – Он взглянул на часы. – Время бежит… В костюме ты, в том, в новом, сойдешь за жениха, – обернулся Василий Гаврилович к сыну, – а невесте приобретать надо фату с платьем…
– Мы думали… так… – проговорила Света.
– Зачем так… Свадьба так свадьба! Как у людей! Сейчас пойдете кольца покупать… Заглянете в прокат. Может, там фата с платьем подходящие есть. А если нет, покупайте!
– А деньги? – спросил Алеша.
Василий Гаврилович выложил на стол приготовленные деньги.
– Тут пятьсот… Кольца сейчас дорогие… Не шикуйте сильно! Смотрите, чтоб на платье хватило… Идите прямо сейчас, а то время бежит… А вы, – Василий Гаврилович взглянул поочередно на дочерей, – берите сумки – и в елисеевский магазин. Колбаса, мясо, сыр – ваша забота! А мы с матерью за шампанским и другими продуктами… Все – разошлись! – поднялся Василий Гаврилович.
Вернулись Алеша со Светой радостные. Все купили! Особенно нравились кольца. Они их по пути домой тысячу раз примеряли, прикладывали рука к руке, любовались, радовались. Света улыбалась, прижималась с нежностью к Алеше. Ей очень хотелось убедить себя, что будущее лучше, чем прошлое.
– Почему ты в квартире замираешь вся? – спросил Алеша весело, когда вышли из метро и направились к дому мимо скверика. – Видишь, какие у меня родители замечательные! Видела, как придумали здорово! Они тебя полюбят, увидишь. И сестры хорошие… Вот только Галя… – поморщился Алеша, вспомнив о Володине. – У нее ведь жених в армии служит. Хороший парень! А она…
– Ты не ругай ее больше, – сказала Света. – Тот… кому хочешь голову вскружит… Не вини ее…
Отец с матерью были уже дома, они ходили в ближний гастроном. А сестры еще не приехали. В елисеевском очередь, но и купить что-нибудь всегда можно.
Свету сразу же заставили примерить платье, фату. Она освоилась, не опускала больше смущенно глаза. Надела платье и фату в комнате сестер и вышла. Мать обрадовалась, заулыбалась, глядя на нее, и отец одобрительно качнул головой. Невеста была хороша! Василий Гаврилович и Зинаида Дмитриевна свыкались потихоньку с мыслью, что эта девушка станет их снохой, и впервые смотрели на нее без предубеждения. «Хороша! – любовался Василий Гаврилович. – Молодец сын!.. Сирота! Значит, не будет сильно выкобениваться… Пусть женятся! Пусть!»
И Зинаида Дмитриевна любовалась-приговаривала, расправляя складки у фаты:
– Идет тебе как. Свет, в платье подвенечном. Хорошо как!
Света засмеялась радостно, всхлипнула вдруг и поцеловала Зинаиду Дмитриевну:
– Спасибо вам… мама!
Василий Гаврилович кашлянул и отвернулся. Защекотало в носу: понравились ему слова Светы.
Пришли сестры. Тоже стали вертеть Свету, осматривать, похваливать. Уговорили одеться и Алешу. Кольца надели, заставили под руку пройтись по комнате. Алеша со Светой покорно подчинялись. Ходили туда-сюда, слушали с улыбками восхищенные возгласы. Хороши оба! Ой, как хороши!
Повеселела и Галя, но не блестели глаза, как у Наташи. Младшая сестра радовалась по-настоящему, обнимала Свету, клевала в щеку.
За ужином обсуждали предстоящий день. Василий Гаврилович договорился с приятелем, у которого был «Запорожец», что он отвезет их в коломенскую деревню. Потом успокоились, разошлись по комнатам: девчата, трое, в одной. Свете раскладушку поставили, а родители с Алешей, как обычно, в другой. Алеша спал в раскладном кресле. Василий Гаврилович с облегчением выдохнул, подмигнул сыну:
– Кажется, все предусмотрели! И взялся за газету «Вечерняя Москва», которую вынул из ящика, когда возвращались из гастронома.
– Ложился бы, – проворчала Зинаида Дмитриевна. – Без газеты не может!
– Не ворчи! Высплюсь! «Время» пропустил, хоть газету посмотрю!
– Высплюсь! – передразнила Зинаида Дмитриевна. – Опять снотворное глотать будешь!
Василий Гаврилович развернул газету, и из нее выпал на пол толстый конверт. Он поднял его, прочитал и сказал:
– Гале из армии… Пойду обрадую, – поднялся он. – А то она переживала все. И сегодня весь день смурная ходила… – Василий Гаврилович постучал к девчатам, вошел. У них горела лампа на тумбочке. Розовый свет от абажура мягко окутывал комнату. Девчата в постелях, но не спали.